2012 © Клуб поклонников творчества Сергея Лукьяненко

Перейти к содержимому



Однокомнатка с окнами в парк.

Блиц конкурс Мерцание звёзд сезонный конкурс прозы лиц-кон

  • Авторизуйтесь для ответа в теме
Сообщений в теме: 500

#401 OFFLINE   Резкая

Резкая

    Наглая харя

  • Администраторы
  • PipPipPipPipPipPipPipPipPipPip
  • 7 335 сообщений
  • Награды

                  
5 213

Отправлено 04:19:47 - 06.09.2013

Рассказы перенесены в каюту автора по его просьбе.

#402 OFFLINE   BaronKorr

BaronKorr

    Махровый монархист

  • Завсегдатай
  • PipPipPipPipPipPipPip
  • 2 980 сообщений
235

Отправлено 04:33:03 - 06.09.2013

Дг Сер пишет замечательно:)

#403 OFFLINE   дг сер

дг сер

    Просто Комар

  • Завсегдатай
  • PipPipPipPipPipPip
  • 1 762 сообщений
  • Награды

         
1 118

Отправлено 12:37:42 - 30.12.2013

Радуга за окном.


С утра стоял туман. Уличный R-мометр дополз стрелкой до красной зоны. Квартирный тоже приближался к опасной зоне, но пока что стоял в желтой. Мама достала аптечку и они с Аллой выпили по капсуле.
Потом мама позвонила в школу, где сказали, что сегодня из-за погодных условий уроки начнутся позже.
- Ложись спать, - велела мать. – Только противогаз держи под рукой!
Алла забралась под одеяло. А примерно через полчаса пришлось проснуться снова. Мама приподняла ее голову, помогла влезть в резиновый шлем.
- Красная зона, - сказала она и тоже одела противогаз. Теперь голос звучал приглушено. – По радио сказали, что ненадолго… Знаешь что, а хочешь увидеть радугу?
Сон мигом слетел, Алла интенсивно закивала.
- Тогда закрывай глаза и не открывай, пока не разрешу.
Девочка послушно сомкнула веки, а сверху, для верности, приложила ладошки к стеклам противогаза. Мама ушла в соседнюю комнату, там хлопнула дверь шкафа; потом она долго возилась у окна.
- Можешь открывать.
Окно закрывала белая простынь, на которой была нарисована широкой дугой радуга. Краски были яркими, к тому же рисунок подсвечивал солнечный свет, из-за чего радуга сияла и блестела.
- Ух ты! – честно сказала Алла.
- Это от меня и от папы. Он достал краски, я рисовала… Я на кухню, сложу посуду в дезинфектор, а ты лежи, любуйся. Главное – что?
- Главное не снимать противогаз, - отчеканила Алла. – Ма, я не маленькая. Я знаю!
- Умница.
Солнце поднималось все выше, туман редел, а радуга сверкала все больше. Скоро туман рассеется полностью, влага, возбуждающая R-вирус, уйдет, и можно будет снимать противогаз. И придется идти, стоять в очереди, менять фильтры для противогазов. Отец был на работе, а когда он работал, это была обязанность Аллы. Потом придется идти в школу. Вот если бы шел дождь и занятия отменили вовсе…

***

Склад находился в конце улицы. Возле него уже собралась очередь. Алла стала за крайним, болтая в сумке использованными фильтрами. Противогаз был в ранце, в специальном отделение, на липучке, чтобы молния не заела в ответственный момент. Без него никто не рисковал выходить на улицу, особенно осенью. Сейчас ясно – через час дождь может пойти. Одна капля, ничего не сделает, конечно. Но в дожде много капель, R-вирусу хватит.
За окошком сидела усталая тетка. Ее Алла всегда побаивалась.
- Талоны, девочка, - некрасиво кривя напомаженный рот, подгоняла она Аллу.
Алла сунула руку в карман и поняла, что талоны остались дома.
- Ой, забыла, - робко произнесла она. – Можно я завтра принесу?
- Только по талонам! – Для верности тетка постучала пальцем по табличке возле окошка. – Следующий.
Алла отступила вбок, растеряно смотря то на кладовщицу, то на очередь, которая становилась все длинней. До последнего девочка верила, что сейчас тетка подзовет ее и скажет, нехотя, что так уж и быть, принесешь завтра талоны. Но время шло, уже давно пора было бежать в школу, а подзывать ее никто не собирался.
Алла вздохнула и пошла в школу.

***

- Почему в туман и в дождь мы носим противогазы? Кто скажет? Да, Алла, отвечай.
- Потому что R-вирус везде. В воздухе. Но он не опасен, пока не станет много воды и пара.
- Правильно. Повышенная влажность… скажем, «будит» спящий вирус. А кто скажет, что такое R-вирус? Антон…
- Биологическое оружие, вышедшее из-под контроля.
- Инопланетяне подкинули его на Землю!
- Инопланетяне? Где ты это услышал, Игорь?
- В газете писали.

***

- Ничего страшного в этом нет, вот увидишь!
Алла чувствовала себя героем. Как в книжках, где рыцарь в доспехах едет в опасное место, но ничего не боится. Алла знала, что с героями никогда ничего плохого случиться не может.
- Так, одели шапки!
Это Рустам. Он был на класс старше, поэтому казался пятиклашкам взрослым. А шапками он называл противогазы.
Они стояли гурьбой на окраине парка, прямо возле решетчатого забора. Под табличкой «Осторожно, вода! Вход воспрещен!». Там, в центре парка, располагался пруд. Мама рассказывала, что когда она была маленькой, еще меньше, чем сейчас Алла, никакого вируса не существовало и она часто ходила сюда летом купаться. Пруд должны были осушить, но до этого все не доходило.
- Не шумим, не болтаем,  сказал Рустам и одел «шапку». Махнул рукой идти за ним.
Они долго шли вдоль забора из железной сетки. Притихшие школьники смотрели на деревья по ту сторону. Парк стоял заросший и казался страшным местом даже без пруда. Они обошли по кругу, пока дома и улица не остались по ту сторону парка. Дорожки здесь вообще не было, детвора топала по грязи, неся на подошвах тяжелые комья земли.
Рустам замер у одного из железных столбов, к которым крепилась сетка, открутил незаметную с первого взгляда проволоку и оттянул край сетки.
- Давайте, по одному. Только смотрите куртки не порвите.
Алла стояла первой, но лезть вперед всех побоялась, отступила назад. Вместо нее пролез Игорь.
- Давай, следующий!
Рустам пролез последним, скомандовал:
- За мной.
Оказывается, в парке существовали дорожки. Заваленные ветками и толстым слоем листьев, еще с прошлых годов, но шагать по ним было легче, чем продираться через заросли.
Идти пришлось совсем немного. Тропинка кончилась, гуськом, друг за дружкой, отряд проломился через последний рубеж, и замер. Дальше шла вода. Гуляла рябь, несколько деревьев росло прямо из воды, в двух шагах от Рустама. Тот повернулся. Алла не видела его лицо из-за противогаза, но ей показалось, что парень улыбается.
- Ставок! – объявил Рустам.
Аллу передернуло. От ощущения, что в шаге от нее столько воды, в груди колол неприятный холодок, а ноги стали слабыми.
- Раньше здесь было много рыбы, - сказал один из мальчишек. – Мне дед рассказывал.
- Раньше везде была рыба, - авторитетно заявил Рустам. – R-вирус убил все живое вокруг водоемов в первую очередь.
- Пойдемте назад, - попросила Алла.
Никто не возражал.

***

- Много городов раньше было возле рек и морей. Практически каждая столица в мире была построена вокруг рек.
Учитель обвел взглядом класс. Все ли слушают. Слушали все. На партах чинно лежали противогазы. За окном облачно, в связи с чем уроки сокращенны, нужно успеть вложиться. Ох уж эта осень, у школьников сплошные выходные…
- Теперь в этих городах невозможно жить без масок индивидуальной защиты.
- Там совсем никто не живет?
- А руку поднимать уже не нужно? Учителей теперь можно перебивать, да? Чего теперь руку тянешь, раз уже спросил?... Живут, конечно. Специальные отряды в специальных оборудованных домах… А какие раньше курорты были, дети! На берегу морей… Летом было принято ездить всей семьей к морю, хотя бы на недельку...
- А R-вирус когда-нибудь победят? Найдут сыворотку?
- Конечно, - как можно тверже ответил учитель.

***

- Ты где была? – Мама ждала на пороге. – Почему такая грязная?
- Ма, ты ругаться не будешь?
- Постараюсь.
- Мы на пруд ходили…
Мать вздрогнула. Алла торопливо объяснила:
- Мы в противогазах! Пришли и сразу ушли.
- Господи, и чего вас туда понесло? Там же вируса такая концентрация! Как вы туда попали, там все огорожено?
- Мы лазейку нашли. И больше я туда никогда не пойду, - пообещала Алла.
Мать вздохнула. Помогла снять ранец, вместо него дала пакет с полотенцем и шампуню.
- Пойдем выкупаем тебя.
Они спустились на первый этаж. Дверь в подвал была особенной. Герметичной. Их, дверей, было двое, между ними, как говорили взрослые, шлюз. Заходишь в одну, закрываешь. Ждешь, пока невидимое излучение убьет все молекулы вируса, и только потом заходишь во вторую дверь. Здесь – купальня и прачечная. Вода подается с подземных резервуаров, в которых тоже излучение и еще всякие ученые штуки, которые делают ее не опасной.
Мама нашла свободную кабинку, завела Аллу и закрыла защелку.
- Ма, - вспомнила Алла, - я фильтры не поменяла. Талоны забыла, - виновато призналась она.
- Ничего, завтра не забудь…

***

Окна квартиры выходили на завод. Прямо на той стороне улицы, за забором, можно было рассмотреть корпуса и всякие трубы. В небо часто валил столб дыма, или пара, Алла все забывала спросить у отца. В такие дни стрелка R-мометра переваливала в желтую зону, а иногда почти доползала до красной.
Ночью стояло зарево. Время от времени доносился механический голос из динамика, напоминая девочке уличные громкоговорители, предупреждающие горожан о дожде.
- Ма, - попросила Алла, - повесь радугу.
- Давай просто шторы задерну?
- Не, радугу!
Мать вздохнула, но просьбу выполнила. Выключила свет, наклонилась и поцеловала девочку.
- А когда папа придет?
- Когда смена закончится, ты же знаешь. Завтра вечером должен быть. Спи.
Радуга, подсвечиваемая отсветами с завода и уличными фонарями, слабо светилась. Даже в темноте можно было разобрать каждый цвет.

***

Тетка на складе взяла талоны и использованные фильтры. Протянула новые, с бирками, на которых штампы и всякие даты. Алла постеснялась сказать спасибо. Молча забрала, быстро отошла.
Возле перекрестка она зашла в питьевую будку. Закрыла дверь. Дождалась, пока огонек с красного стал зеленым и зажглась табличка «Неопасно. Пейте.». Девочка взяла стакан, поднесла к аппарату, кинула монетку в приемник, выбрала «С сиропом».
В дверь постучали. За стеклом обнаружился одноклассник Игорь и рядом с ним все тот же Рустам. Алла кивнула, торопливо допила и отперла дверь. В будке стало тесновато.
- Привет, малая, - сказал Рустам. Он запер дверь, повернулся к аппарату. Пока выбирал и ждал наполнения стакана, бросил через плечо: - Пойдешь сегодня с нами?
- Куда?
- На окраину. Там завод закрытый.
- Прикольно! – подтвердил Игорь. – После уроков – пойдешь?
В животе засосало, но не от страха, а больше – от запретного, и возможности сделать это. Алла кивнула:
- Конечно пойду!

***

- Кто скажет, когда случилась вспышка R-вируса?
- Мы еще не проходили, - нестройно, в несколько голосов, отозвался класс.
- А если не проходили, значит, это знать не нужно?
- Зачем? – спросил кто-то с задней парты.
- Чтобы не быть двоечниками. Хотя бы для этого. Или этого мало для вас? – Учитель смотрел в окно. У него была такая привычка, говорить и высматривать что-то за стеклом. - Так вот, первая вспышка случилась больше двадцати лет назад. Тогда умерло много людей. Вся вода на Земле стала опасной. И только благодаря ученым удалось избежать поистине катастрофических масштабов эпидемии… Ученым, которые когда были школьниками, не задавали глупых вопросов.
Кто-то захихикал.
Алла смотрела в окно, невольно копируя учителя. Она не могла дождаться звонка.
Завод!
Заброшенный.
На пруду было жутко, здесь должно быть интересно.

***

- Тихо только!
Рустам уже привычно впереди. Вожак, а за ним гуськом – стая. Он выглянул из-за угла, рассматривая улицу.
- Давайте быстрее. Пока никого нет. А то в прошлый раз прогнали…
Алла, немного нервничая, из-за этого «прогнали», спешила в числе первых. Сегодня их было не так много, как на пруду, но все-таки больше, чтобы принять их за местных, просто возвращающихся со школы. По-крайней мере так казалось девочке.
Забор был совсем как у завода напротив ее окна. Рустам быстрым шагом добрался до дерева, растущего прямо возле забора.
- По дереву? – спросила Алла. Сердце екнуло. Лазила она плохо.
- Не боись, поможем. Пацаны, давайте по веткам на ту сторону! Там стопка бетонных плит.
Пацаны как обезьяны ринулись на дерево. А Рустам взялся помогать Алле. Подсадил, она вцепилась в ветку, закинула ногу, кое-как закрепилась. Рустам проворно забрался рядом, потащил за курточку, как беспомощного щенка за шкирку. Теперь Алла сидела на ветке верхом. Медленно, нерешительно встала. Рустам был рядом, поддерживал одной рукой.
По ветке она перешла забор. Ветка начала поскрипывать и слегка качаться. А верхняя, за которую нужно было держаться, вообще истончилась и почти не держала.
- Прыгай!
Алла прыгнула. Неуклюже упала, больно ушибив копчик. Повезло, что портфель на спине – смягчил удар, спина осталась невредимой.
- Неумеха, - засмеялся один из одноклассников, но Рустам цыкнул на него, а сам помог подняться.
- Нормально?
Алла кивнула. Боль понемногу уходила. Девочка наконец осмотрелась. Корпус стоял без стекол, двор был захламлен. Вдалеке ржавел трактор без колес.
Почему-то ей захотелось, чтобы все двери оказались закрыты и забиты. Теперь идея лазить по темным цехам казалась глупой и опасной. Мало ли, кто еще может здесь лазить.
Мама не раз предупреждала о плохих компаниях.
- Не дрейфи, - подбодрил Рустам. – Давай помогу слезть с плит?

***

В конце концов Алле даже понравилось. Хотя тревожно было все время, пока их компания бродила по заводу.
Они уже возвращались к выходу, когда на улице, на столбах за забором, захрипели динамики. В гулком помещении их собственные шаги заглушали голос.
- Цыц! – каким-то бешеным, чужим голосом сказал Рустам. И все замерли. Алла застыла истуканом, чувствуя как колотится сердце под ключицами.
- Приближается… олоса… ождя, - долетело до них. – Время… ога! Тре… ога!
Сразу стало очень шумно. Каждый кричал что-то, в общем гаме было трудно понять .
- Что сказали?
- Через сколько?
- Эй, кто расслышал, через сколько?
Рустам первый сорвался на бег.
- За мной! Быстро!
Алла сразу отстала. Мальчишки бегали гораздо быстрее. И хоть страх подгонял, но и мальчишек он подгонял тоже. Первые капли застучали по асфальту как раз когда Алла добежала до выхода. Мальчишки, бывшие уже на полпути к забору, посбрасывали ранцы и лихорадочно рылись в них, доставая противогазы.
Алла бросила ранец на пол. Руки тряслись. Застежку открыть удалось не сразу. Волной ужаса ее накрыло, когда в нужном кармашке не обнаружилось противогаза. Задыхаясь от страха, она открыла основной отдел. Противогаз лежал среди учебников – после последнего урока она сгребла все со стола одним махом, торопясь сюда.
Заученным движением девочка втиснула голову.
Сразу она даже не поняла в чем дело. Подгоняемая нервами и страхом, болтая расстегнутый ранец в руке, добежала до бетонных плит. Мальчишки, занятые переправой через забор, как по команде замерли.
Все смотрели на нее.
Стало не по себе.
- Что? – спросила Алла, с дрожью только сейчас понимая, что случилось непоправимое.
Одного стеклышка в противогазе не было. Только мелкие осколки по кругу. У Аллы отнялись ноги и она осела наземь.
Капли били по противогазу, изредка залетая прямо в выбитую глазницу.

***

На вопрос «Со мной все будет в порядке?» и мама, и папа в один голос отвечали «Конечно!», но в школу Алла не ходила, и на улицу ее не пускали, хот она чувствовала себя нормально.
Шла осень, шли дожди.
Каждый раз одевая противогаз, Алла чувствовала льдинку под лопаткой. Ее постоянно преследовал страх, что выпадет стеклышко, или треснет. Девочка ничего не могла поделать с этими страхами. Казалось, они въелись глубоко в кожу и это уже навсегда.
Теперь она вспоминала слова учителя, что сразу после вспышки R-вируса умерло много людей, и ей не казалось это просто словами. «Умерло много людей». Легко слушать это сидя в классе, представляя какой-нибудь город и как-то отдельно – это самое «много». Ни лиц, ни имен, просто два слова: «Много людей».
Теперь Алла знала, что чувствовал каждый из них.
Больше всего она мечтала проснуться и понять, что все это было сном. Длинным и очень страшным сном.
Но время шло, а она все не просыпалась.

***

- Мама, радуга!
- Да, милая, сейчас принесу.
Мать вышла из комнаты. Алла, закутанная до подбородка в одеяло, осталась одна.
- Ты не поняла, ма, настоящая! - сказала девочка, но наверное очень тихо, потому что мама не услышала и не вернулась.
Алла выбралась из постели. Открыла окно. Радуга начиналась прямо от ее окна. Широкая лента в семь цветов красиво переливалась. Алла протянула руку, потрогала. Радуга была теплой и мягкой, как ковер.
Девочка облегчено вздохнула.
Если я пойду по ней, поняла она, то на том конце проснусь.
Она взобралась на подоконник.
Хотела крикнуть маме, что искать нарисованную радугу не нужно, но потом вспомнила, что это все – сон.
И сделала первый шаг.

#404 OFFLINE   Buddha

Buddha

    Ключник

  • Завсегдатай
  • PipPipPipPipPipPip
  • 1 810 сообщений
  • Награды

            
830

Отправлено 14:01:30 - 30.12.2013

Печальная история. Но несомненно превосходно изложенная!
Когда Алла натягивала, выбегая из заводского корпуса, противогаз, я подумал, что сейчас будет неладное, сразу вспомнилась тётка-кладовщица, раздававшая фильтры. Подумал, что Алла надела противогаз, не вставив фильтры. Но она разбила стекло, плюхнувшись на него.

#405 OFFLINE   Редрак

Редрак

    Да, да - Шухарт!

  • Императоры Иллюзий
  • PipPipPipPipPipPipPipPipPipPip
  • 6 316 сообщений
  • Награды

                  
4 032

Отправлено 17:11:22 - 30.12.2013

Как всегда - великолепно! Читается влёт, легко и просто. Браво! :respects:

#406 OFFLINE   дг сер

дг сер

    Просто Комар

  • Завсегдатай
  • PipPipPipPipPipPip
  • 1 762 сообщений
  • Награды

         
1 118

Отправлено 17:14:11 - 30.12.2013

Редрак, Buddha, спасибо!

#407 OFFLINE   Резкая

Резкая

    Наглая харя

  • Администраторы
  • PipPipPipPipPipPipPipPipPipPip
  • 7 335 сообщений
  • Награды

                  
5 213

Отправлено 02:12:11 - 31.12.2013

Как всегда - чудно! Хоть и печально...

#408 OFFLINE   дг сер

дг сер

    Просто Комар

  • Завсегдатай
  • PipPipPipPipPipPip
  • 1 762 сообщений
  • Награды

         
1 118

Отправлено 17:00:09 - 31.12.2013

Просмотр сообщения卍vErЮg@ (02:12:11 - 31.12.2013) писал:

Хоть и печально...

Спасибо! История - явная слезодавилка, ну да какая получилась)) Писал по картине, которую мне нарисовала моя подруга - как раз про девочку, вешающую на окно простыню с нарисованной радугой.

Сообщение отредактировал дг сер: 17:00:31 - 31.12.2013


#409 OFFLINE   Задумчивый Пёс

Задумчивый Пёс

    Тень

  • Завсегдатай
  • PipPipPipPipPipPipPipPipPipPip
  • 8 804 сообщений
  • Награды

               
644

Отправлено 06:00:08 - 05.01.2014

Просмотр сообщениядг сер (12:37:42 - 30.12.2013) писал:

Радуга за окном.
Проникновенно, уважаемый дг сер :cray: :clapping:  

Просмотр сообщениядг сер (17:00:09 - 31.12.2013) писал:

Спасибо! История - явная слезодавилка, ну да какая получилась)) Писал по картине, которую мне нарисовала моя подруга - как раз про девочку, вешающую на окно простыню с нарисованной радугой.
А картинку не сможете показать?

Понравилось, как объёмность воссоздаётся. Как будто бы 3 мира: школьный (теоретический обзор мира), семейный (стержень мира; с него начинается, им кончается + самый символичный из всех) и детский мир, игровой, стоящий слишком дорого. Точней, мир-запрет. Удивительно, что показалось ещё и с разветвлениями (от завода меньше ожидалось беды, чем от озера, в то же время заранее предугадать, наверное, было нельзя, но вспоминается ещё про запретные плоды и что дважды избежать предначертанного редко удаётся).

Перечитать концовку, так вообще психологически мощной кажется! Вроде, всего пара фраз, но здорово обрисовывается

#410 OFFLINE   дг сер

дг сер

    Просто Комар

  • Завсегдатай
  • PipPipPipPipPipPip
  • 1 762 сообщений
  • Награды

         
1 118

Отправлено 10:40:32 - 05.01.2014

Спасибо за отзыв, Задумивый!
В процессе написания думал сохранить девочке жизнь - но как-то не получилось... Люблю я убивать своих героев.
Нет, картинку не покажу))) Сканера нет( И фотика нет(

#411 OFFLINE   Задумчивый Пёс

Задумчивый Пёс

    Тень

  • Завсегдатай
  • PipPipPipPipPipPipPipPipPipPip
  • 8 804 сообщений
  • Награды

               
644

Отправлено 11:43:29 - 06.01.2014

Просмотр сообщениядг сер (10:40:32 - 05.01.2014) писал:

В процессе написания думал сохранить девочке жизнь - но как-то не получилось... Люблю я убивать своих героев.
Кажется, что  умирают они у Вас обычно безболезненно и как-то через очищение...

Просмотр сообщениядг сер (10:40:32 - 05.01.2014) писал:

Нет, картинку не покажу))) Сканера нет( И фотика нет(
Жалко :(.  Остаётся только фантазировать :yes:

#412 OFFLINE   дг сер

дг сер

    Просто Комар

  • Завсегдатай
  • PipPipPipPipPipPip
  • 1 762 сообщений
  • Награды

         
1 118

Отправлено 20:42:06 - 07.01.2014

Утопленник.

Все так тихо, темно под водою,

Только тина кругом да песок.

«Утопленник», Сектор Газа.



- Жалко, что ты утонул, Юлл.
Юлл не ответил. Жалко – не жалко, назад уже не воротишь. Он лежал в темноте. Спина утопала в мягком иле, сбоку прижималось холодное девичье тело. Наполовину девичье тело, если быть точным. Нижняя часть туловища у нее была в чешуе и заканчивалась рыбьим плавником.
- Теперь тебя вечно будет мучить солнечная жажда, - продолжила Инга. – Все утопленники мучаются этим, а ночами им снится тепло и они кричат во сне. – Она помолчала и добавила: - Страшно.
- Переживу.
Голос под водой разлетался слабо, приходилось сильно напрягаться, чтобы тебя услышали, даже если находятся совсем рядом. Русалка и остальные, так сказать коренные жители, говорили нормально. Утопленников же прозвали молчунами.
-Тебя бы пристроить куда-то. Подводный мир не так прост, как может показаться с той стороны воды. Беднякам живется плохо.
- Есть можно одни водоросли – и то хорошо, не пропаду. Буду скитаться.
- Надоест. От скуки начнешь выть. Поверь, я знаю, что говорю!
Юлл встал. Хорошо, что с русалкой утопленнику только и есть чем заниматься – целоваться. Не нужно потом одеваться, одежду искать, которую течением уволокло. Без одежды он себя чувствовал неуютно, хотя, казалось бы, чего уж теперь.
Под водой всегда темно. Поначалу это раздражало, сейчас он кажется привык. Хотя прошло всего пару дней, с тех пор, как он сюда… пришел. Глаза начинали понемногу привыкать, он уже не натыкался на камни и не попадал в густые заросли водорослей, из которых потом приходилось доставать Инге.
- Ты куда? – спросила русалка.
- Прогуляюсь. Ты говорила, там, за рекой, есть город.
- Есть, но таких как ты там не очень любят. Держат как прислугу.
- Я не жить там собираюсь, - пожал плечами Юлл. – Только посмотреть.
Русалка сказала тихо, с нотками раскаяния:
- Юлл, можно я не пойду с тобой?
Он не удивился. В верхнем мире знати тоже не с руки ходить по городу под ручку с чернью.
- Ничего страшного, я сам прогуляюсь.
- Честно?
Он, стоя к ней спиной, кивнул. И решив, что все уже сказано, двинулся по илу, проваливаясь при каждом шаге по колено, вперед, за течением.
Мертвое тело усталости не знало. Спать ему тоже не надо было. Юлл шел не спеша. Наверху сменялись дни и ночи, это утопленник определял по смене вечного мрака подводного мира на более-менее светлые сумерки. Он шел не спеша. Здесь все шло не спеша. Каждое движение было плавным, каждый шаг с замиранием. К концу своего путешествия Юлл неплохо приноровился вышагивать по дну, при желании мог даже пробежаться.

***

Город начинался сразу за устьем реки.
Юлл не без удивления замер у каменной кладки. Оказывается, в этом городе, как в обычном людском, тоже знали толк в благоустройстве. Камни лежали ровным рядком и уходили в мутную даль. Как и любой утопленник, Юлл страдал подводной близорукостью. Дно озера шло под заметным углом вверх, чем дальше Юлл шагал вглубь города, тем больше становилось света. Вскоре он начал различать силуэты домов, сложенных из каменных глыб, глиняных пластинок или просто из всякого хлама, попадающего сюда с поверхности. Многие дома были из утонувших лодок, в основном рыбацких, но попался даже парусник с поломанной мачтой.
Русалки и русалы плавали над улицами и крышами домов. Юлл, уже давно понявший, что утопленникам плавать не дано, слишком вялое тело, слишком медлительные движения, провожал их взглядами, как в том, другом мире, провожают летящих птиц.
По широким улицам ходили утопленники и водяные, шмыгали стаи рыб. Водяницы покрикивали на детей-головастиков и, Юлл не поверил глазам, сбивали их в стайки лозиной, как какие-нибудь пастухи свои отары. Впрочем, головастики были понятливы и не сильно дурачились.
Не обошелся подводный город без рынка. Сначала шли ряды утопленников, сидели кто на чем, товар держали просто на дне (если он был тяжелый и не поддавался течению) или в сетках, привязанных к ноге или к камню. Дальше шли ряды побогаче. Водяные, толстые дядьки с выпученными жабьими глазами, важно отгоняли мелкую рыбешку, норовившую отхватить от снеди кусочек. Еда была своеобразная. Улитки, разные растения, а в большинстве своем – еда сверху. Яблоки, капуста, тыква…
Уже выбираясь из рынка, он набрел на утопленницу-старушку. Подводная торговка сидела перед черным от времени и воды деревянным ящиком, перевернутым кверху дном. На нем лежали ракушки, облепленные маленькими шарикам.
Юлл остановился:
- Что это?
- Икра. – Старушка огляделась, заговорщецки перегнулась через ящик: – Есть щучий малек. Нам запрещено трогать царскую рыбу, но ко мне попала одна икринка…
- У меня нет денег, - признался Юлл. В первую очередь для того, чтобы ему больше ничего не предлагали.
- Здесь ни у кого нет денег, - махнула рукой торговка. – Произведем обмен. Одежка у тебя новая. Местные все ходят голышом, а мы, люди, не можем отвыкнуть от привычек. Без одежды никто не ходит. Кроме совсем отпетых…
Юлл оглядел себя. Штаны у него солдатские, ношеные, латаные. Новая на нем была только рубашка. Знатная, дорогая, купленная на жалованье офицера. Ее он одел в тот вечер, когда утонул.
- Рубашку? – прямо спросил он.
Старушка кивнула.
- Малька я могла бы подороже продать, но уж больно хороша вещица. Обменяю какому-нибудь утонувшему франту на что-то другое.
- Мне не нужна рыба. Я водоросли ем.
Та аж руками всплеснула.
- Ты что, рыбу здесь не едят! А щук – тем более! Она для местных, как для людей – собаки. Приручают, учат командам.
Малек Юллу был не нужен, но и рубашка тоже. Штаны он бы, конечно, не променял, а рубашку жалко не было. Все равно скоро износится. К тому же его позабавила мысль о прирученной щуке. Он расстегнул пуговицы, кое-как вытянул руки из рукавов, протянул вещь торговке.
- Держите.
Та снова огляделась, приподняла ящик и запустила под него руку. Протянула Юллу сверток из водорослей. Размерами он был в ладонь. Наружу торчал только кончик зубастой пасти.
- Малек?!
- Он еще не взрослый, - заверила бабка. – Дрессировке поддается. К тому же этот вырастет настоящим щучьим царем. Бери, не пожалеешь. Потом еще спасибо скажешь!
Юлл принял сверток.
- Только если спросят, где взял, ты меня не знаешь, - предупредила бабка. Она уже расстилала на своем ящике новоприобретенную рубашку.
Выбравшись с рынка, Юлл нашел тихий сонный дворик и взялся разматывать водоросли. Гибкое тело тут же, едва почуяв свободу, метнулось в сторону. Юлл сделал попытку ухватить за хвост, но куда утопленнику тягаться в скорости с рыбой! Малек замер в двух шагах, вяло шевеля плавниками и смотря на Юлла.
- Ну, ты чего испугался? - Он медленно протянул руку вперед, раскрытой ладонью вверх. – Давай, иди сюда.
Рыба осталась на месте. Юлл посмотрел на вторую руку, в которой до сих пор сжимал жмут водорослей. Он разорвал его на несколько частей, бросил на волю течения, то потянуло обрывки по улице, все больше разлохмачивая.
Юлл развернулся и пошел прочь. Ни рубашки, ни малька.
Когда через несколько улиц он обернулся – щука плыла сзади, на уровне плеч, в тех же двух шагах, ни отставая, ни приближаясь. Он остановился, рыба замерла тоже.
Ишь какая, - подумал Юлл. – С норовом!
- Смотри не потеряйся, - сказал он вслух. Сразу догадался, что это все-таки рыба, а не собака, вряд ли понимает слова, или хотя бы слышит их. Юлл показал жестом, обведя вокруг себя рукой. Повторил несколько раз помедленнее. Хотелось думать, что рыбка поняла.

***

Город закончился. Мощеное камнем дно обрывалось в ил. Дно снова карабкалось под заметным углом вверх. Там наверное до суши рукой подать, подумалось внезапно. Юлл твердо ступил вперед, сразу провалившись выше колен.
Он шел до тех пор, пока не стало совсем светло. Юлл поднял голову. В нескольких метрах над ним колыхалась поверхность с пятачком солнца в вышине.
- Я быстро, - сказал он щуке.
Под ногами потянулся чистый песок. Было видно каждую ракушку и совсем не ощущалось течение. Юлл сделал еще пару шагов, и голова оказалась на поверхности.
Дул ветер. Шумели листвой деревья. До берега оставалось с десяток шагов. Оказалось, Юлл успел отвыкнуть видеть так далеко и так четко. Глаза побаливали, сильно хотелось зажмуриться.
За ногу ущипнули. Юлл посмотрел вниз, где отважный щук крутился прямо у его ног и пытался тянуть за штанину обратно на глубину. Он протянул руку и погладил рыбку.
Он хотел сказать «Не бойся», но вместо слов из глотки вылетали брызги воды. Юлл закрыл рот и просто стоял и смотрел ввысь, на солнце. Почему Инга рассказывала ему о солнечной жажде? Выходи хоть каждый день, грейся…
Под воду Юлл вернулся, когда солнце ушло за деревья и начали сгущаться сумерки.
Топая назад, Юлл всерьез подумывал о том, чтобы обзавестись домом в городе. Не то, чтобы ему надоело одиночество, иногда нарушаемое визитами Инги, но все ж лучше, чем валяться постоянно в иле. А здесь и общество, и до берега рукой подать.
Мечты пришлось отложить. Возле города его встречали. И не абы кто – русалий патруль! Десяток парней с рыбьими хвостами, с копьями в руках.
Двое подплыли. Юлл был схвачен с двух сторон за локти. Пальцы у русалов были крепкие. Щученок воинственно вздыбил гребень и открыл острую пасть.
- Укусит, я его убью, - холодно предупредил один из русалов.
Юлл, насколько позволяла хватка на локтях, жестом показал верной рыбе успокоиться. Жалко, что верной ей осталось быть совсем нечего. Как они только прознали – так быстро! – что у  него появилось запрещенное животное?
Взяв в кольцо, его повели через город.
- Это вы лишнее, - сказал Юлл. – Мне от вас не убежать, даже если захочется.
На него смотрели удивленно. Видимо, даже разговаривать с важными морскими жителями было нельзя, особенно поучать их.
- Много болтаешь, молчун, - посоветовали ему.
Кроме встречи ждало его в городе еще одно изменение. Как оказалось, ночью город не погружался в полную тьму. Зеленоватым светом светились водоросли, росшие на стенах домов. Имелась также специальность – осветлитель. Утопленники шли по улицам, обвешанные пучками водорослей, развешивали их по самым «людным» местам.
В центре города обнаружилось большое, вычурное, даже – помпезное, строение. Впервые Юлл увидел под водой многоэтажную постройку. Дворец, а иначе и не назвать, горел так ярко, что освещал близь лежащие улицы.
Вход был на уровне второго этажа. Было это неспроста – утопленникам не достать, не зайти просто так. Вряд ли в подводном царстве бывают бунты. Такое размещение входа несло лишь одну цель – подчеркивало превосходство русалов.
Те же русалы, которые вели Юлла, подхватили его под руки, грубо подняли вверх и потащили во дворец. В большом зале свернули в самый темный угол, там был ход вниз. Юлла долго тащили коридорами. Стены становились все хуже, потолок ниже, светящихся водорослей становилось все меньше. Наконец они очутились перед узким колодцем. Юлла толкнули вперед и он мягко рухнул вниз.
- Отгулял свое молчун! – процедил кто-то из русалов.
Сверху яму привалили большой глыбой, которую поднимали вдвоем. В кромешной тьме человеку было бы не по себе, а может и совсем худо, но утопленнику все ни по чем. Юлл меланхолично сидел на дне и заботила его только одна мысль: как там его щука. Оказывается, он успел привыкнуть к мальку.

***

Сколько длилось заточение, Юлл не знал. Время под водой не имело большого значения. Он лежал на камнях, положив под голову руки, благо те не затекали, и пролежал так вплоть до того момента, когда камень-крышку подняли.
- Пойдешь с нами.
- Сам? – спросил Юлл. – Больше катать не будете?
В слабом зеленом свете он видел, как передернулись лица русалов. Один из них молча подал руку, потянул, вытаскивая из узницы. Второй толкнул тупым концом копья в спину.
- Пошевеливайся!
Его привели в тот большой зал, начинающийся сразу за входом во дворец. С одной стороны стоял трон из ракушек. К удивлению Юлла, на нем восседал не человек с рыбьим хвостом, а водяной. Старик был заросший зелеными волосами до самых ног. Из волос наружу торчали только глаза. Круглые, как у бычков, но в отличие от рыбьих, в этих глаза было слишком много мудрости.
В зале было полно «народа». Видимо, дело было нешуточное, раз его собрались наказывать прилюдно. Водяные с женами-водяницами стояли вокруг трона первым кольцом. Дальше толпились утопленники. Русалье племя висело над головами; среди них Юлл высмотрел Ингу. Подруга была взволнована и, кажется, заплакана. Во всяком случае, глаза ее были красными, а вид весьма растрепанным.
- Нарушивший, подойди, - велел владыка.
По живому коридору Юлл подошел и замер в двух шагах от водяного. Подводный княжок смотрел на него не мигая. Висело полное молчание. Сама вода, казалось, начала нагреваться от напряжения.
- Если вы хотите нагнетать обстановку и дальше, - сказал Юлл. Зал в один голос выдохнул. - То зря тратите время. Я умер, чувств нет.
Похоже, раньше здесь такого не случалось. Русалки забыли помахивать хвостами и начали понемногу оседать вниз. Юлл и водяной оказались в крохотной комнатке, стены и потолок которой были из живых существ, подавшихся вперед.
Водяной смотрел не отрываясь. Юлл спокойно смотрел в ответ.
- Чувства есть, - наконец отозвался царь. – Просто ты не ведаешь страха. – Он помолчал. – За то, что ходил на поверхность, наказания не будет… Учитывая, что ты новенький в наших местах. Но учти, во второй раз понесешь полную ответственность.
Юлл не верил ушам. Все это не из-за щуки, а из-за того, что он добрался до суши?
- Я на берег и не вышел-то. Постоял по горло в воде.
- Ты мертвый! Не  нужно тебе ходить в мир живых. За это строго наказывают.
- Если узнают, - заметил Юлл.
- Узнаем, будь уверен.
Юлл пожал плечами. Царям свойственно забывать, что за пределами дворца и города мир огромен. Местный владыка наверное изрядно забыл, как выглядит подводное царство вне города, где один утопленник на много дней пути.
- Нет дороги назад, - отрезал водяной. – Ты отжил свое За Водой, смирись с этим.
- Постараюсь. Но не обещаю.
Царь словно только сейчас заметил, что вокруг тесно. Раздраженно махнул рукой:
- Все, суд закончен. Очистить дворец!
Появились русалы-воины, принялись подгонять нехотя рассасывающийся народ. Русалок, не принадлежащих к дворцовой свите, тоже вытолкали вон. С ними уплыла и Инга. Напоследок бросившая взгляд на любимого. Юлл засобирался следом, но был остановлен.
- Как тебя зовут? – спросил царь.
- Юлл, ваше величество.
Водяной махнул рукой:
- Забудь об этикете. Ты мне нравишься, хоть и утопленник. Чем занимаешься?
- Пока ничем…
- Пойдешь ко мне на службу?
- Кем? Придворным шутом? Спасибо, но нет.
Зал наконец был пуст. Растеряв остатки царской величественности, водяной слез с трона. Теперь, вне символа власти, бросалось в глаза, что царь низенький и щупленький. Из-под переплетения волос торчали две лягушачьи лапки, на который он совсем не по-царски переминался с ноги на ногу.
- Зачем мне шуты? Мне нужны смелые воины. Между нами – мне все равно, какого они племени. Ты был воином раньше, я прав?
Юлл кивнул. Запоздало подумал, что без рубашки теперь видно шрамы. Глупо отпираться, когда ты весь в отметинах, оставленных острым железом.
- Под водой я плохой вояка, - признался он.
- Ты что-нибудь придумаешь, я уверен. – Водяной поманил его пальцем, Юлл нагнулся. – К тому же у тебя, я знаю, появилась щука. Как простому утопленнику тебе не дадут ее воспитывать, а как царскому воину – никто слова не скажет. - Царь подмигнул своим рыбьим глазом. – Ну так как?
- Умеете вы уговаривать, ваше величество…

***

Инга не то купила, не то еще каким-то образом организовала домик. На самой окраине, презрительно называемой здесь Илистым Дном. Крохотная постройка из просмоленных лодочных бортов больше походила на сарай, но в таких здесь жило большинство. Во всяком случае, большинство утопленников.
Юлл и русалка лежали, обнявшись, в тесном полумраке. Под потолком хижины крутился верный щук. Когда за тонкой стеной кто-то проходил или проплывал, рыбка клацала хищными зубами. Ингу удивляла такая преданность и отвага.
- Как ты это сделал? Рыбы не слушают людей. Щуки вообще трудно приручаемы…
Юлл вспомнил тугой сверток из водорослей и то, как он на глазах у щука порвал этот сверток.
- Я просто правильно себя повел… А теперь нужно поговорить серьезно. У меня к тебе просьба, - сказал Юлл. – Кажется, я теперь на службе у вашего царя...
Русалка приподнялась на локтях.
- Не может быть! Такого никогда не случалось.
- Теперь случилось.
- Знаешь, - призналась Инга. – Ты непростой утопленник.
- Конечно, - легко согласился он. – Я хожу по дну. А еще разговариваю. Люди тоже сочли бы меня непростым.
Русалка ткнулась холодными губами ему в щеку.
- Дурачек, я не об этом. Ты с царем говорил на равных, причем при всех. Ты не понес наказания после своей выходки. А теперь тебя еще и воином сделали! И знаешь, почему-то мне не по себе от того, что ты меня хочешь о чем-то попросить… Я заранее знаю, что это будет непросто.
- Это да… Мне нужно на берег.
Инга смотрела большими глазами. До этого он не думал, что кожа у русалок может покрываться пупырышками.
- Я должен сходить наверх, - продолжил Юлл. – А ты постоишь в карауле.
- За повторное нарушение могут выгнать в океан. Там живут только отшельники, остальные от тоски кидаются в пасть хищным рыбам – акулам.
- Вот ты мне и поможешь не попасться. – Юлл взял ее за руку. – В той жизни я был воином. Если я собираюсь быть им здесь, мне нужно оружие.
- Здесь полно местного оружия, - жалобно произнесла Инга. – Оно тоже хорошее. Русалы бьются им уже сотни лет!
- Я ведь не русал. А если биться придется с ними, то мне понадобиться что-то, что сравняет наши шансы. – Юлл улыбнулся: - Быть убитым утопленником как-то не хочется.
- Ты не понимаешь! На воздухе твое тело будет высыхать. Как только высохнет, сразу упадешь – мертвым!
Этого Юлл действительно не знал.
Русалка легла ему на грудь, будто надеясь таким образом оставить его тут навеки. Запахов под водой не существовало, но Юллу казалось, что волосы подруги пахнут лугом. Хотелось лежать так целую вечность.
- Ты сумасшедший, - тихо сказала Инга. – И меня такой же сделал. Я пойду на берег вместо тебя…

***

За железный панцирь его прозвали Железной Черепахой. Он не обижался. Главное, что тело защищено. Под водой, где движения медленнее, а значит и сила удара меньше, кираса была непробиваемой для любого оружия.
Малек вырос в большую щуку, здесь бабка не соврала. Тридцатикилограммовый щук был натренирован сбивать противника с ног. Слух о Железной Черепахе и его хвостатом помощнике разнесся по всей реке и близь лежащим водоемам. Русалы с ним говорили редко и неохотно, но на это утопленнику было плевать.
Единственное, чего не хватало для полного подводного счастья, – русалка. Инга не могла открыто встречаться с ним, поэтому их домик в Илистом Дне оставался норкой, в которой происходили редкие встречи. В остальное время Юлл жил в элитных Чистых Песках.
Так бы и жить утопленнику под водой, год за годом. Но случилось, что царь в очередной раз позвал его во дворец.
- Болотник. Его угодья лежат в конце правого притока. Раньше он не посягал на наши воды, но в последнее время его упыри таскаются по всему притоку. Пока что ничего плохого они не делают, но все указывает на то, что болотник проверяет нас на зуб. Если что-то не предпринять, будет война.
Водяной посмотрел на Юлла.
- Мы собираемся отправить посольство к болоту. Я бы хотел, чтобы ты тоже пошел.
- Пойду, - кивнул Юлл.
Водяной помедлил и договорил:
- В качестве главного.
- Вряд ли русалы согласятся с этим…
Морской дядька вздохнул, выпуская кверху рой пузырьков. Пузырьки уперлись в потолок и забегали по нему, как шарики, пока не нашли щель и не просочились выше.
- Будем откровенны. Русалы сильные, но они – не ты. Болотник их даже слушать не станет. А к словам Железной Черепахи он прислушается.
- Так уж и прислушается, - усомнился Юлл.
- Может прислушаться, - нехотя поправился водяной.

***

Болото начиналось не сразу. Река постепенно становилась все пустынней, вскоре рыба совсем перестала попадаться, остались одни раки и жабы. Течение сошло на нет, застойная вода даже выглядела ужасно, хорошо, что утопленники не чувствуют запахов. Сделавшиеся молчаливыми русалы время от времени отряхивались, напоминая собак, решивших стряхнуть мерзкую теплую, какую-то липковатую воду.
Ил становился все мягче, его становилось все больше. Вскоре Юлл в доспехе проваливался до пояса. Потому на пути встала мутная завеса. Вода была напитана грязью настолько, что ничего было не разобрать на расстоянии вытянутой руки.
- Болото, - сказал один русал.
Из завесы выступило бледное тощее тело. Голова упыря была вровень с плечами. Широкий рот оттопыривали изнутри жуткие длинные зубы. Щук прижался к шее хозяина. Это значило, что рыба боится, ищет защиты.
- Ничего, малыш. Туда я пойду без тебя. Оставайся здесь и жди.
Щук протестующее взмахнул плавниками.
- Я вернусь, - пообещал Юлл.
Упырь показал идти за ним и двинулся вглубь мути.
- Приплыли, ребята, - сказал Юлл русалам. – Держите копья крепче!
Через пару шагов почва под ногами стала гораздо тверже и он смог идти совсем нормально. Долго они просто шли вперед. В какой-то момент Юлл подумал, что упырь мог свернуть, и тогда они, получается, заблудились. Будут ли их искать, он сильно сомневался… Когда через некоторое время муть слегка рассеялась, а проводник так и шлепал впереди, у Юлла отлегло от сердца.
Это было самое дно болота, то что тянется под трясиной. Сверху, над головами, висела плотная черная масса. Русалы заметно трусили. Здесь, где гущи больше, чем воды, их скорость ничего не значила. К тому же Юлл подозревал, что местное «небо» рухнет им на головы при первых подозрительных движениях.
Девушку он заметил случайно. Юная, еще совсем девочка, она лежала в грязи и с первого взгляда казалась просто затейливым изгибом на иле. Если бы она не моргнула, то Юлл так бы и подумал.
Он остановился как вкопанный. Пригляделся и вздрогнул. Весь пол был устлан человеческими телами. Упыри ходили прямо по ним. Он тоже шагал все это время по вмурованным в грязь телам!
Юлл стоял не двигаясь. Русалы за его спиной тоже не шевелились. Упырь как-то почувствовал остановку, замер и повернулся к ним.
- Дальше я не пойду, - заявил Юлл. Упырь не услышал. Проклиная свою тихость, Юлл показал себе под ноги и сделал отрицательных жест рукой.
Упырь хмыкнул, развернулся и как ни в чем ни бывало зашагал дальше. Вскоре его фигура скрылась в темноте. Делегация осталась одна.
- Нужно идти, - сказал за спиной один из русалов.
- Представьте, что здесь лежат ваши сородичи, и вам нужно двигаться, задевая их лица хвостами…
- Тогда сделаем по-другому.
Юлла взяли под мышки с двух сторон. Вспомнилось как его точно так же конвоировали в яму. Русалы приподняли главу посольства и так двинулись с ним вперед. Лица и тела проплывали внизу. В основном люди лежали с закрытыми глазами, но некоторые провожали его взглядом. Юлл видел открывающиеся рты, но слов не слышал.
Впереди показался бледный зеленый свет. Оказывается, здесь тоже пользовались водорослями.
Болотник сидел просто в иле, погруженный до пояса. Ни трона, ни свиты, ни дворца. Этим он невольно вызывал у Юлла уважение. А еще за этим крылась настоящая сила. Сидеть вот так посреди своего царства, не требуя ни внимания, ничего другого, к чему так падки царьки и вожди.
Юлла поставили перед болотным владыкой, и утопленник сразу ухнул в грязь по плечи. Трясина заурчала, будто готовясь его переваривать – живьем. Хотя, какие там живьем, если он утонул давным-давно…
Болотник смотрел теперь на него сверху. Страшными глазами, мутными, совершенно нечеловеческими, ни рыбьими и ни жабьими, как здесь водилось. Синее лицо обросшее ракушками наводило на мысль о давней кончине владыки. Сидит труп посреди болота, а его страшное царство живет себе и не ведает ничего…
Болотник не шевельнулся, голос прилетел откуда-то из живота. А может – из трясины, понять было трудно.
- Говори, человек.
- Я утопленник, - поправил Юлл.
- Внутри ты – человек. А кто ты внешне – не важно.
Тоже мне, философ! – подумал Юлл.
- Все мы внутри – люди, - заметил он.
Взгляд болотника неожиданно просветлел. Выглядело это так, как будто царь вынырнул из глубин своих мыслей и решил более тщательно приглядеться к собеседнику. Одним словом – удивился. Он зашевелил губами. Сначала слов не было слышно, потом из-под земли начало доносится то ближе, то дальше, иногда затихая настолько, что приходилось скорее угадывать, чем слышать.
- Я расскажу тебе, как делаются упыри. Люди, такие как ты, утонувшие, погружаются в грязь, где трясина переваривает их. Длится это годами, пока все человеческое не выйдет из тела; остается только оболочка, которая мало чем напоминает прежнюю. Зародыш упыря держат еще несколько лет в грязи, кормя утонувшими людьми. Только так вскармливаются настоящие упыри! А потом я поднимаю их. Каждого – лично. Только так можно получить преданное существо. Первые годы они глупы, как дети, их приходится учить командам…
Юлл слушал. Если болотник хотел увидеть на его лице страх или ненависть, то он просчитался. Лицо утопленника ничего не выражало.
- Я понял вас, вы готовите армию. В городе взволнованы этим. Скажу откровенно – все готовы воевать.
- Человек, ты слушаешь, но не то слышишь! Где ты видел армию? Это будущие поколения упырей. К сожалению, жизнь моих созданий коротка… по сравнению даже с тобой. Если я не буду поддерживать количество, рано или поздно война начнется. Тот, от чьего имени ты говоришь, первым пришлет хвостатых с копьями.
Юлл не поверил.
- Мне нужны доказательства.
Болотник от удивления даже моргнул. От этого простого движения все величие слетело с него и он стал походить просто на старого уродливого водяного. И даже заговорил нормально.
- Что нужно?
- Доказательства. Если ты не врешь – отдашь нам каждого десятого утопленника, из которых делаешь упырей. Это будет залогом мира.
Болотник нервно зашлепал губами, став похожим на подавившуюся лягушку.
- Ты смелее, чем можешь себе позволить.
- Неужели? Наша делегация не столько разведка и парламентеры, сколько проверка. Если не вернемся, значит – все серьезно. Армия придет на границу наших царств. Сразу войны, конечно, не будет, но ты окажешься под бдительным присмотром… Сам понимаешь, скрыть, что тут происходит, легко, но скрывать все бесконечно не получится.
- Пугаешь?
- Предупреждаю. Мне тоже не хочется войны.
В мире За Водой Юлл не был простым рубакой. Офицером он тоже был не из числа простых. Переговоры ему случалось вести. И оппонентами были люди, которым король жижи и мертвецов в подметки не годился. Царь упырей был страшен и опасен, но видя перед собой равного тушевался и начинал сомневаться. Юлл прекрасно это чувствовал, и поэтому просто ждал.
- Каждого сотого, - сказал болотник.
- Пятидесятого и это последнее слово. Наглеть не нужно.
- По рукам, - нехотя сказал болотник.
- И их выберу я. Нам не нужны полуупыри, которые будут вечно спать в иле, а потом, в один прекрасный день, начнут жрать соседей…
- Умен, - одобрительно подметил царь.- Пусть это будет залогом.
Юлл кивнул, думая, что войска все равно нужно пригонять и постоянно патрулировать возле, а то и вокруг болота. Откуп утопленниками – просто способ освободить хоть некоторую часть бедолаг.
Пускай потом царек жрет от злости ил!
Девушку Юлл достал собственноручно.
Вереница, замыкаемая впереди и сзади русалами, двинулась в долгий путь обратно. Разбуженные шли медленно, иногда словно засыпая на ходу, их приходилось тормошить. Девушка шла за Юллом, привязанная не меньше верного щука. Сам щук ревностно плыл между ними.

***

- Будешь жить здесь.
Дора, так звали утопленницу, робко прошла в дом. Долго она топталась посреди зала, потом легла на пол. Неразговорчивая и вечно сонная, хотя спать утопленникам не хочется и вообще не надо, она еще в пути начала нагонять неясную смуту на Юлла.
Утопленник вздрогнул, когда понял, что ей неуютно лежать в чистой воде. Девушка ерзала, раздвигая ракушняк и погружаясь спиной в дно. Щук плавал кругами вокруг гости, косясь взглядом, явно недовольный, что хозяин привел ее домой.
- Свои, - сказал Юлл. Для верности повторил команду жестом.

***

Ингу он встретил через несколько дней после возвращения. Шумиха в городе поутихла и Железная Черепах была предоставлена сама себе. Правда, куда бы прославленный молчун ни шел, все встречные кивали ему, а некоторые  лезли жать руку.
Юлл, довольный пустынностью Илистого Дна, шагал к их домику. Русалка ждала посреди улицы. Хватило одного взгляда, чтобы понять: что-то не так.
- Я все знаю!
Утопленник остановился. Инга зависла перед ним, плавник шевелился на высоте человеческого роста и Юллу пришлось задрать голову, чтобы смотреть русалке в искаженное гневом лицо.
- О чем?
- О ней, - обвинительно сказала Инга. – О твоей мертвячке!
- Утопленнице, - поправил Юлл.
- О ней и о тебе!
Юллу вспомнился выстланный телами людей пол в болоте и Дорыно лицо с открытыми глазами.
- И что ты знаешь?
- Все знаю, - прошипела Инга.
- Не пойму, чего ты завелась? Мы с ней люди, у нас много общего, но ничего более…
- А у нас с тобой – что? Разве у нас нет ничего общего?
- Есть, конечно! Мне с тобой хорошо.
Но Инга, поглощенная гневом, уже не слышала его.
- Я ползала по земле, через город людей, добывая тебе доспех! Я, рискуя, все эти годы была с тобой…
- Пошли в дом, поговорим там.
- Знай, - выпалила русалка, - что это я тебя утопила!
Чувство было такое, как будто его ударили под дых. Большой такой дубиной, поломав все внутри, и теперь безжалостно наблюдали, как он корчится. Юлл резко вскинул голову. Инга отшатнулась. Взмахнув хвостом она поднялась выше, так, чтобы он не мог достать. Щук, привыкший считать ее своей, ровней хозяину, не мог понять, что ему делать, и жалобно жался к ноге хозяина.
- Да, я! – с вызовом повторила морская дева.
Юлл смотрел молча, не шевелясь. За все говорил его взгляд. Теперь Инга понимала почему его так боятся под водой и наверняка боялись над водой. Столько ярости и свирепости русалка не видела никогда и ни у кого. Она не выдержала и резко ушла вверх, в два взмаха скрывшись с глаз.
Юлл некоторое время смотрел ей вслед, в темноту над собой, затем опустил голову и побрел домой.
Щук с порога бросился к земле, нервно замахал хвостовым плавником. В полу Юлл увидел девушку. Дора лежала так само, как когда-то в болоте. Глаза были закрыты, а на лице появилась такое умиротворение, что утопленник не решился трогать ее.
Юлл бессильно прошел мимо, к колышущемся наподобие занавесок водорослям на окнах. На улице зажигались зеленые огни. Наступала ночь.
Утопленнику казалось, что ночь наступила и в его жизни.

***

Когда он покидал город, его провожали, казалось, все до одного. Железная Черепаха – уходила! Город бурлил, город был в агонии. Русалы, вечные «недовольщики» присутствием в своих рядах утопленника, и те плавали угрюмые; каждый считал своим долгом похлопать Юлла по железному плечу, погладить притихшего щука. Чуткая рыба, чуя неслыханные перемены, не отплывала от хозяина ни на шаг.
Инга не показывалась на глаза, хотя однажды он успел увидеть исчезающий за поворотом знакомый хвост. К счастью, русалка так и не решилась приблизиться к нему. Юлл не знал, как бы он поступил и не хотел об этом думать.
Перед самым уходом он разбудил Дору и заставил ее принять сидячее положение.
- Я ухожу. Далеко, навсегда. Идешь со мной?
Девушка смотрела сквозь него. Зрачки, затянутые пеленой, напоминали глаза болотника. В этой мути не осталось ни одной человеческой искры. Юлл, чувствуя пустоту в груди, отпустил ее плечи и поднялся. Дора, предоставленная сама себе, легла обратно.

***

Он снова был один. Как когда-то шел в город, теперь той же дорогой двигался обратно. Вообще-то он отправился в город на прогулку, развеять скуку. Хорошая вышла прогулка. Утопленник попытался прикинуть, сколько прошло лет. Бросил это бесполезное дело – время под водой не имело значения и легко терялось, словно растворившись в воде.
Место, где они жили с Ингой, Юлл отыскал безошибочно. Будь он человеком, которому нужен отдых, он бы здесь остановился на ночлег. Но спать не нужно, поэтому Юлл просто постоял – и двинулся дальше.
В груди по-прежнему ворочалось неприятное чувство. Иногда мелькала мысль пойти к болоту и лечь в пол, чтобы ничего не осталось и даже память постепенно ушла из тела…
Юлл шагал вперед, преодолевая течение, к которому давно привык настолько, что не мыслил жизнь без него.
Река закончилась. Берега стали узкими, дно – мелким. Юлл смотрел через водную гладь на пятачок солнца в зените. Как давно он не был на поверхности! Совсем рядом, за водой, квакали жабы; утопленник видел колосящиеся на ветру камыши. Казалось, он слышит шелест ветра.
Выйти из воды, лечь на землю, дождаться, пока тело высохнет. Как просто, и не надо страшной участи упыря…
Юлл лег и пополз, прижимаясь животом ко дну. Панцирь, успевший проржаветь во многих местах, сковывал движения и мешал. В конце концов, Юлл сорвал его и оставил блестеть на речном дне.
Щук недовольно поклацал зубастой пастью, как же – хозяин остался без панциря!
Водная гладь была совсем рядом, стоило поднять голову, чтобы она оказалась на поверхности. Юлл сосредоточено полз вперед, вспахивая носом ил. Вломился в камыши и внезапно все закончилось. Дно под ним дрогнуло и ухнуло вниз. Юлл рухнул вниз, прямо под хвосты русалам.
Поднялся, поглядел вверх. Люк был прямо в иле, по ту сторону виднелись вздымающиеся к небу заросли камыша.
Дальше путь шел через подземную реку. Вход охранялся десятком русалов. Эти были не под стать речным – могучие торсы, жесткие короткие бороды. Морские русалы были суровыми и беспощадными воинами. Но о Железной Черепахе они тоже, оказывается, слышали. И даже кираса не понадобилась, чтобы опознать его.
- Оставайся с нами, Черепаха?
- Спасибо, мужики. Остался бы, но не могу. В реке мне не затеряться.
- От кого? Мы защитим!
- От себя…
Русалы замолчали. Расступились.
- Жалко, - сказал один из них в спину уходящему Юллу.
Здесь царила абсолютная тьма. Сильное течение било в спину и под ноги. Щук нервничал, но от хозяина не отставал.
Через сотню шагов обнаружился еще один пост, на этот раз не из русалов, а одного-единственного водяного. Пузатый, голый, он сидел за каменным столом, сзади на стене в обилие росли светящиеся зеленым водоросли.
Водяной нарвал охапку, вручил Юллу.
- Далеко шагать-то... До моря-то…
- Спешить некуда, - обронил Юлл, наматывая водоросли на руку.
- Ты – настоящий крепыш! Мы все гадали, сделают ли тебя хвостатым, или ты останешься собой.
Юлл замер.
- Что ты имеешь в виду?
Водяной смотрел удрученно.
- А ты не знаешь? Твоя русалка… да-да, в подводном мире много глаз и ушей, о вас известно… Твоя русалка хотела сделать из тебя русала…
- Каким образом? Как упыря?
Подводный мужичек кивнул:
- Русалье племя тоже делается из людей. А что они, по-твоему, икру метают? Ты сколько лет живешь, ни разу не задумывался, почему нет детей-русалов? Захлебнувшийся по воле русалки вскармливается ее молоком и погружается в сон. Затем его относят к океану, где утопленника проглатывает рыба-кит. Через десять лет самка кита рождает готового русала.
Юлл наконец справился с «фонарем». Потряс рукой, убедился, что водоросли не слетят и не будут слизаны течением.
- Без людей, я вижу, подводная жизнь невозможна. И при этом утопленников, ближайшее к людям племя, считают низшими.
- Может из зависти? – заметил водяной.
- Вряд ли. Зачем русалу завидовать мне? Он во всем превосходит меня.
- Ты помнишь солнце…
- Никто не мешает русалу выползти на берег и погреться.
- Вот именно – выползти и погреться… Весь подводный мир грезит солнцем. Тебе этого не понять, потому что ты совсем недавно жил под ним, ты еще не успел забыть, что это такое… Подожди, пройдет время, - печально проговорил водяной, - и ты ощутишь эту вечную тоску по солнцу в своих жилах… Особенно там, куда ты идешь. Океан – место отшельников и сумасшедших. Я бы советовал тебе подумать еще раз.
- Нечего здесь думать, - отрезал Юлл и не прощаясь зашагал во мрак.


ЭПИЛОГ.

Это была граница. За спиной осталось море. Впереди был океан. Последний подводный город доползал окраиной как раз до предупредительного знака. Конечно, четкой границы быть не могло. Сделай хоть сто шагов за знак – разницы не будет. Океан начинается не там, где заканчивается море, океан начинается там, где ты теряешься. Так объяснил русал из патруля, несущего службу на Окраиной Улице.
Юлл успел отойти от города на шагов на двести, когда щук стукнул его по руке. Это был знак. Юлл развернулся. Города, конечно, видно уже не было. Зрение утопленника со временем лучше так и не стало.
В кромешной тьме ничего видно не было. Но если рыба привлекла его внимание, значит там было что-то, что нельзя было проигнорировать.
- Ладно, идем, проверим, - решил Юлл.
Щук метнулся первым. А как же! Кто еще защитит хозяина, как не он. Нужно бы приучить его быть не таким ретивым, здесь водятся рыбины, для которых тридцатикилограммовая тушка щуки покажется легким завтраком…
Утонувшая перепутанная рыбацкая сеть лежала на дне, зацепившись за камни и кораллы. Юлл потрогал нож на поясе. Он был опытным утопленником и не попадался в подобные передряги, но лучше всегда иметь что-то острое под рукой.
Щук подтолкнул его вперед. Юлл сделал пару шагов и замер. В сети яростно била хвостом Инга. Русалка тоже заметила его, бессильно повесила хвост и подалась вперед, вцепившись руками в сеть, как в прутья клетки, которая отделяла ее и Юлла.
Юлл подошел ближе. Теперь хватило бы протянуть руку, чтобы дотронуться до нее.
Инга не выдержала его взгляда и потупилась в песок.
Молчание было слишком долгим. Наконец Инга набралась смелости и заговорила, старательно глядя вниз.
- Ты не понимаешь всего…
Юлл смотрел на нее, она это прекрасно чувствовала.
- Я – падшая русалка. Я преступила черту… Из-за того, что хотела сделать с тобой…
Юлл знал, что она скажет, поэтому не дал ей договорить – приложил палец к холодным губам.
- Ты запутавшаяся русалка.
Инга вскинула голову:
- Ты меня понимаешь?! Да, ты должен был понять…
- Ты не поняла меня, - покачал головой Юлл. Он потрогал сетку. Инга увяла, так же резко, как только что ожила. – Прощай… русалка.
В спину догнал нечеловеческий крик. В нем было столько тоски и отчаяния, что Юлл сбился с шага, а в груди заныло его давным-давно мертвое сердце. Каким бы мертвым человек не был, сердце в нем остается человеческое…
- Мы потеряем друг друга навсегда! Пойми это… Океан бесконечен, в нем никогда не встречаются дважды. Никто! Вернись, Юлл… Заклинаю тебя, вернись!
Юллу стоило больших усилий уйти, не обернувшись.  Но За Водой или под водой – он всегда был сильным человеком.

#413 OFFLINE   Аквамен

Аквамен

    0 баллов, 0 промахов, 0 предупреждений

  • Анониморфы
  • Pip
  • 39 сообщений

Отправлено 05:26:24 - 07.02.2014

Двумирье.
(Виртуальный бог).

Глава 1. Усталый бог.


- У нас вызов, - сказал устало Тулубаев.
Он отрешенно разглядывал в маленьком настольном зеркальце свои красные глаза. Жутко хотелось спать. Просто выключить панель, мигающую сотнями огоньков, потушить монитор, то и дело выстреливавший из недр города новые вызовы, лечь на кушетку сзади или просто откинуться на спинку кресла, закрыть глаза, ничего не слышать, никого не слушать…
- Вызов, - устало повторил он. – Ребята, кто примет заказ? Кто уже свободен?
Рация молчала.
- Ребята?
Эфир затрещал и из динамиков раздался далекий глухой голос. Такой же уставший, такой же равнодушный ко всему на свете, как и у Тулубаева.
- Я восьмой. Через минут десять освобожусь. Куда ехать?
- Диктую адрес…
Пальцы забегали по клавиатуре. Один из красных огоньков перестал мигать, а на экране появилось досье на потерпевшего. Будучи оператором медслужбы, Тулубаев был одним из немногих, кто мог заглядывать во второй мир без погружения. Мощный компьютер службы превращал его в бога там, в несуществующем, но таком реальном мире. И сейчас богу не нравилось то, что происходило с одним из смертных, которых ему было поручено оберегать – в силу своих возможностей.
- Восьмой, поторопись. Боюсь, долго ждать он не сможет.
- Постараюсь, - отхрипела в ответ рация.
За окном загорался рассвет. До конца смены уставшему богу оставалось несколько часов.

Лифт вынес его на крышу. Тулубаев двинулся к дисколету, но еще издали понял, что техник ушел со смены раньше и забыл подключить аппарат к зарядке. Отброшенный тонированный колпак словно насмехаясь демонстрировал темную безжизненную панель управления. Тулубаев повернул голову в другую сторону, где всегда стоял запасной транспорт медиков. Вертолет был старым, из прошлого века, когда дисколетов еще не было, а второй мир уже процветал и часто была важна каждая минута.
Вертолетов он боялся всегда. И хоть в свое время его обязали провести обучение и даже сдать экзамен, больше за штурвал Тулубаев не садился никогда. И не собирался, предпочитая, если не было выбора, пройтись пешком, чем воспользоваться винтовым чудовищем.
Кабинка послушно приняла его обратно и доставила на первый этаж. Пустой холл, пустой длинный коридор; мимо закрытых навсегда палат, где кроме хлама, пыли и паутины давно ничего не было. Когда-то больницы выглядели не так. Когда-то давно, когда не было дворовых медицинских павильонов, в которых кибер-врачи лечили быстро и дешево.
Но для того, чтобы вылечил кибер-врач, людей нужно насильно вытянуть из второго мира – для этого и прозябал в этом ветхом забытом здании Тулубаев и ему подобные.
В конце коридора он попрощался со скучающим охранником и толкнул входную дверь.
Привычно пустой и тихий город принял его с радостью. Тулубаев шел пустынным больничным городком, вдыхал полной грудью свежий воздух и не мог надышаться. Думать ни о чем не хотелось; позади осталась длинная тяжелая – а другими они никогда не были – смена. Из критических было спасено двадцать четыре человека, не удалось вытянуть вовремя двух. Результат был хорошим. Им можно было гордиться и Тулубаев гордился бы им – будь он молодым и наивным, только взвалившим на свои плечи бремя оператора. Уже много лет он не гордился, потому что гордостью могла быть та ночь, в которую никто не умер. Но таких ночей еще не случалось, кроме того случая, когда произошел сбой в работе городского реактора и на долгих шесть часов город лишился энергии.
Раскрытые нараспашку ворота выпустили его на улицу. Вдалеке за поворотом исчезал автобус. Мигнул поворотник, взвились листья и улица снова стала пуста. Тулубаев плотней сомкнул плащ и двинулся в сторону дома. Через полквартала к своему удивлению он обнаружил уже открытый магазинчик.
Продавец с красными глазами напоминал выжатый лимон и был точной копией самого Тулубаева, с той лишь разницей, что он всю ночь Нырял, а Тулубаев присматривал за ним и тысячами других. Тихо играл радиоприемник:
- Теперь слушайте нас сразу в обеих мирах! Ищите нас на сто три и семь эф-эм. Передавайте приветы, пожелания и поздравления из одного мира в другой…
- На работу? – участливо спросил продавец.
- С работы.
- Везет, - мечтательно протянул продавец. – Сейчас придете, Нырнете… А мне еще восемь часов здесь торчать.
Тулубаев молча рассматривал под стеклянной витриной фрукты. Он редко распространялся незнакомым людям о том, что Ныряет только по работе.
- Не хотите купить телевизор? – вдруг сказал продавец, понизив голос. – Или компьютер? Здесь раньше бытовой был, но после создания виртуального мира – закрылся, как и все остальные. В подвале теперь этого барахла – завались! Могу продать по дешевке плазму на всю стену или комп последнего поколения. Все равно там ревизию никто сроду не делал, зато скоро все негодным сделается – зимой сыро, мыши всякие…
- Спасибо, у меня есть телевизор.
Тулубаев двинулся прочь, не обращая внимания на восхищенный и ошалелый взгляд в спину.
- Эй, мужик, не гони, - не удержался продавец. – Я тебе реально крутой телек подгоню за копейки!
Дверь закрылась, оставляя дельца по ту сторону.

У родного подъезда он столкнулся с выбегающим сыном.
- Па, привет!
Тулубаев потрепал сына по челке, поправил завернувшуюся лямку портфеля.
- Не опаздываешь? – спросил с напускной строгостью.
- Как сказать, - смутился мальчишка. Но тут же сообщил: - Меня подвезет отец Дениса.
Тулубаев сразу помрачнел. Пожалел, что ленивый техник не то и вправду забыл, не то сделал вид, что забыл зарядить его дисколет. Пожалел, что в свое время не купил для семьи второй дисколет, домашний.
- Успокойся па, он как и ты Одномирец, терпеть не может виртуальный мир!
Какой догадливый, улыбнулся Тулубаев.
- Ладно, беги. Как фамилия этого твоего Дениса?
- Рулуев. – Сын внимательно посмотрел на отца. – Проверишь на работе, правду ли я сказал?
- А ты как думал? – улыбнулся Тулубаев.
Сын умчался, а Тулубаев покосился на Мед-павильон – не зайти ли, сделать укол тонизирующего. В другой раз, подумал он, махнул на все рукой и вошел в подъезд.

Разбудил затрезвонивший телефон. Старый, еще тех времен, когда даже о мобильных не слышали. Любимый аппарат, добытый, как настоящий артефакт, в недрах больницы. Трубку взяла жена. Тулубаев закрыл глаза, снова проваливаясь в сон, но услышал приближающиеся по коридору шаги и понял, что сон на время откладывается.
- Миша, это Ванда, - тихо сказала жена.
Ванда была женой непутевого Тулубаева-старшего, единственного брата Миши. Жаловаться на семейные дрязги она не любила, сор из избы тщательно скрывала даже от родных и звонила только тогда, когда дело действительно доходило до ручки.
- Иду, - обречено сказал Тулубаев, отбросив одеяло и нащупывая тапочки. А спустя полминуты в трубку: - Да?
- Беда, - сказала Ванда без вступлений. – Андрей совсем погряз в этом проклятом Втором мире! Я не вижу его сутками. Раньше это было терпимо, теперь он выбирается из Вирт-узла только пожрать и поспать. Совсем занырялся… - Ванда заплакала, но быстро взяла себя в руки и всхлипывая попросила: - Миша, помоги, ты же можешь!
Отчасти брата Тулубаев понимал. По глупости в молодости тот пошел в армию, согласился участвовать в какой-то заварушке… как результат, инвалидное кресло на всю оставшуюся жизнь – врачи сказали, ему крупно повезло. Но молодым парням, когда их приковывают к креслу на колесах, везением это не кажется. Второй мир сразу занял половину жизни, как это всегда было у инвалидов. Но разумной черты тот никогда не переступал. Раньше не переступал…
- Его никогда нет, - продолжала, давясь слезами, Ванда. – Даже когда он рядом, он теперь не со мной – он там. Как наркоман, трясется, считает секунды до Нырка. На улице уже полгода не был, исхудал…
-Почему раньше молчала?
- Думала, пройдет. А оно наоборот еще больше затянуло… Ты поможешь?
- Я все сделаю, - успокоил Тулубаев.

Вечером он с женой и сыном выбрался в парк, в котором не был почти полгода. В последний раз он приходил сюда есть морожено с сыном, когда только зеленела трава; сейчас деревья роняли под ноги желтые листья.
Быстро темнело. Немногочисленные прохожие не разбавляли чувства, что он в пустыне. Когда в большом городе на улицу выходит один процент населения, это в самом деле создает ощущение, что живешь в пустыне. Тулубаев с ненавистью смотрел на окна домов – больше половины отсвечивали изнутри красными огнями. Такой свет горит в каждом включенном Вирт-узле, чтобы Вынырнувшие сразу понимали, что они в реальном мире, что здесь нет игр и не нужно творить то, к чему привыкли во Втором…
В одном окне свет тревожно мерцал – сигнал к срочному выходу. Судя по частоте мерцания, человек убрал блокираторы и до сих пор витал где-то далеко-далеко.
Жена перехватила его взгляд. Вздохнула:
- Тебе нужно идти?
- Прости, я же медик и не могу пройти мимо. А бригада пока доедет. Да и есть ли поблизости свободная… Прости. Вызови дисколетное такси и летите домой, хорошо?
Он быстро зашагал, потом побежал к подъезду.

Глава 2. Разгневанный бог.


- Я двадцатый, - зашипела рация. – Клиент не вынырнул.
Тулубаев тяжело вздохнул, протянул руку к кнопке связи:
- Понял. Вызываю бригаду.
Это был пятый за смену. А она только началась.
Пальцы привычно бегали по клавишам. Он смотрел что происходит там, за барьером цифр, в мире, которого не существовало, в мире, который был реальней настоящего. Люди летали, люди воевали, люди любили и люди работали… Мир, больше Земли в десятки раз, разнообразней видимого с Земли космоса. Мир вне мира.
Люди забывали о настоящем, о Первом своем мире и, выключив защитные блоки, не могли выйти принудительно. Попросту забывали, что здесь время течет по другому, что здесь у них есть тело, истощенное и едва дышащее.
Тулубаев присматривал за заигравшимся человечеством. И больше всего на свете мечтал о том дне, когда Второй мир запретят, закроют, просто вырежут, как гнойную рану. С болью, сцепив зубы, по живому, потому что других лекарств от этой заразы не было и не предвиделось.
Один из нырнувших привлек его внимание особенно тщательно. Это был его сын. Который вместо школы почему-то торчал сейчас в другой реальности. Тулубаев мигом растерял вечную усталость. Молниеносные команды и вот уже его двойник шагает по Второму миру.
Тулубаев управлял собой-виртуальным по старому, с пульта, без погружения. Клавиатуры и мыши хватало с головой. Все примитивно и просто, там, во Втором мире, он кажется неуклюжим роботом, с глупой походкой и плохой графикой. Но за его спиной могучая сила диспетчерского пульта, а на груди и на спине значки: красный крест в красном кругу. «Люди», завидя его, шарахались и само собой получалось, что он идет по живому коридору.
Людная улица редела на глазах. Фигуры таяли в воздухе, рывками уходили в небо, оставляя за собой – кто радугу, кто дымный след, кто каких-то бабочек, разлетавшихся по округе. Тулубаев тронул за плечо фигурку мальчишки и тот повернулся.
- Папа, - недоверчиво произнес сын. Оглядел виртуального отца, кивнул, соглашаясь сам с собой. - Привет!
Народ вокруг исчезал быстрее пуль. В конце концов улица осталась пустой и только вдалеке продолжалась толчея. Праздник, не прекращающийся здесь круглый год, продолжался.
- Ты что здесь делаешь?
Сын поморщился.
- Ну и голос у тебя. Такой мощный Вирт-узел, а ты на минимуме…
- Я задал вопрос? – Тулубаев пожалел, что «там» его голос не передает метал и холод, вложенные в слова.
- Па, ну что ты… У нас урок отменили и учитель разрешил полазить пока здесь.
- Учитель?
- Да. Я не вру! Хочешь, приди в школу и спроси.
- Хорошо. Тебе я верю, но без моего разрешения ты не можешь сюда ходить, ты забыл?
Сын вздохнул.
- Я думал, ты не заметишь. Здесь столько людей, что за каждым не уследишь…
- Марш отсюда, - скомандовал Тулубаев. Пальцы уже вывели личный вирт-код сына на отдельный дисплей и сейчас он блокировал ему Нырки на ближайших несколько месяцев – с любого аппарата, с любой точки планеты. – Передай учителю, что я хотел бы с ним встретиться.
Щелчок клавиши стер фигуру сына с экрана и со Второго мира. На долгие месяцы, пока не пройдет срок наказания.

Дисколет снова оказался незаряженным. Тулубаев был слишком уставшим, чтобы тащиться обратно в ординаторскую, звонить, требовать, добиваться. Он спустился на первый этаж, попросил охранника вызвать ему такси и скоро уже мчался на желтом двухместном дисколете по пустой вечерней улице. Водитель с уважением косился на хмурого клиента.
- Тяжелая работа? Говорят, медиков совсем мало осталось и с каждым годом становится все меньше и меньше. Кое-кто утверждает, что ваша служба уже не справляется…
- Наша служба, - нехотя отозвался Тулубаев, - никогда не справлялась. Вирт-реальность была создана как развлечение и как место релаксации для инвалидов. Никто не предполагал, что в мире почти одни инвалиды. – Боковым зрением он словил взгляд таксиста, оторвался от улицы, проплывающей за прозрачным колпаком, и объяснил: - Я о духовной инвалидности.
Водитель пожал плечами:
- Просто там весело и нет ограничений. Делай, что хочешь, поступай как знаешь. А не нравится что-то – пожалуйста, копи деньги, покупай право создавать отдельные уголки, делай для себя уютные миры и микро-вселенные…
- Это вирт-уютность и вирт-веселье. В этом мире ничего не меняется, пока человек шастает цифрой среди цифр.
- Везет богачам, - словно не слушая его, сказал таксист. – Купил личного кибер-врача, повесил над собой и Ныряй хоть на год!
- Везет тем, кто остался в наш ошалелый век Одномирцем.
Таксист хмыкнул, но ничего не сказал.

Ночью разбудил телефон.
- Андрюша ушел еще днем и до сих пор не вернулся, - слабым голосом сообщила Ванда. – Я просто не знаю, куда звонить и что делать…
- Скоро буду.
Теперь Тулубаев не погнушался пользоваться рабочими правами. Один из соседских дисколетов, стоящий на стоянке у подъезда, проглотил карточку мед-диспечера и тут же открыл колпак. Тулубаев поднял аппарат в небо, помчался над крышами домов, что разрешалось немногим.
Уже в воздухе связался с диспетчерской.
- Я четырнадцатый, кто на смене?
- Миша, привет, - отозвался усталый голос. – Что-то случилось?
- Да, мой брат пропал. Думаю, он попытался Нырнуть в обход моего запрета. Можешь глянуть?
- Уже ищу.
Город с бешеной скоростью пролетал внизу. Красные огни из окон заливали пустые ночные улицы. Фонарные столбы светили для безлюдных дорог; проносились редкие такси, изнывающие от скуки. Каменная многомиллионная пустыня прозябала в одиночестве… И было страшно лететь над ней и чувствовать себя одиноким – когда под тобой в каждом доме по сотне Нырнувших.
- Миша, - позвал динамик, - ребята в пути.
В груди выморозило все в районе сердца. Тулубаев безучастно отпустил пульт управления; дисколет сразу стал терять скорость, пока не завис на месте.
- Он зашел с ломаного вирт-узла. Скорее всего, подпольный вирт-клуб. Я уже вызвал силовиков.
- Как он? – тихо спросил Тулубаев. Больше всего он хотел оказаться сейчас в диспетчерской, перед своим пультом. Он бы видел, что происходит с Андреем, он бы смог помочь! Он нарушил бы все законы и проломил любые стены…
- Он на грани, - честно ответил динамик. – Но шанс есть.
- Адрес, - потребовал Тулубаев.
- Миш, ты ничем не поможешь, только будешь мешать профессионалам…
- Я тоже профессионал, - прошипел Тулубаев, вцепившись в пульт дисколета. – Адрес!
Несколько бесконечных секунд диспетчер молчал.
- Я сбрасываю тебе ориентировку… Не забудь затереть потом память машины.

3. Свергнутый бог.


Он сидел на краю пропасти, свесив ноги вниз. Далеко, в прорехах облаков, распластался необъятный мир. Такой же недоступный, как и неблизкий. Смотри, любуйся, мечтай, проклинай – но сиди. А хочешь – прыгни. Чтобы упасть опять же на этот каменный зуб.
Скала, поросшая густой травой, была единственным местом, в котором Тулубаеву было разрешено находится ближайшие пять лет. Срок небольшой, если вспомнить о той проклятой ночи, когда он с разгону вогнал дисколет прямо в подпольный клуб. Андрея только увезли в сторону ближайшего мед-павильона, силовики паковались по дисколетам, а Тулубаев молча сел в свой, отлетел для разгону… На суде сказали, он убил пятерых. И, получалось, получил за каждого по году.
Он просил, он умолял посадить его в самую обычную тюрьму. Он писал заявления и нанял за бешеные деньги адвоката. Обычных тюрем не осталось, сказали ему, и заперли здесь, где уютно и не голодно, где бесполезны бунты, откуда не убежать и не Вынырнуть. Ему даже оставили право создавать здесь все что угодно и разрешили посещения родных и друзей когда угодно и на сколько угодно.
Тулубаев мог создать здесь дом – уютный, большой, а то и вовсе дворец; или полную копию родной квартиры – и проводить с семьей сколько угодно часов. Заплаканная жена обещала взять кредит, купить домашнего кибер-врача и провести здесь все пять лет, от корки до корки. Тулубаев запретил ей. И взял с нее клятву, что она не превратиться в Двомирца.
А еще он так и не попал на похороны брата.
- Лучше бы ты ничего не делал, - сказали за спиной.
Тулубаев не поворачиваясь знал, что это Ванда. Спросил, не отрываясь от бездны:
- Ты о чем?
- Помнишь, ты сказал, что все сделаешь. Не нужно было тебе ничего говорить… Андрюша остался бы дома, не отправился в подпольный клуб, и я смогла бы помочь.
Тулубаев промолчал. С роду не Нырявшая Ванда пришла сюда не для того, чтобы жаловаться или обвинять. Он чувствовал это так же явно, как ветер, обдувающий его ноги.
Ванда подошла ближе, но к краю не приближалась. Страх Одномирца, не привыкшего ко вседозволенности; страх человека, не собирающегося к этому привыкать.
- Я слышала, - начала Ванда и запнулась. – Нас наверное подслушивают, да?
- Нет.
- Точно?
Тулубаев против воли улыбнулся:
- Принесла мне пилочку для ногтей, чтобы я мог сточить этот пятикилометровый клык? Не бойся, выкладывай, что там у тебя. Я всю жизнь проработал в этой системе и умею немало штучек… Сейчас за нами никто не наблюдает, гарантирую тебе.
Гостья долго молчала. Собиралась духом.
- На днях я слышала от одного знакомого, что в каком-то городе случилось ЧП на городском реакторе… Энергии едва хватало на обеспечение необходимый заводов и мед-павильонов, ни о каком Втором мире и речи не было… Когда реактор наконец починили, количество двомирцев сократилось на несколько процентов.
Тулубаев наконец оторвался от созерцания туч и повернулся к ней.
- Хочешь сказать, что несколько дней перебоя смогли то, чего не смог здравый смысл? Ерунда. Я каждый день закрываю… закрывал доступ сотням людей. Когда срок, назначенный мной, истекал, из них, бывало, не возвращалось несколько человек… Но этих «вылечившихся» не наберется даже на полпроцента.
- Очевидно, в городском масштабе все выглядит несколько иначе. Знакомый обмолвился, что авария продлилась всего три дня. А что, если увеличить количество дней на десяток?
Тулубаев покачал головой.
- Террористка, выныривай в мир. И выбрось это из головы. Даже если предположить, что это правда, никого не подпустят к реактору, не проверив. Да и где ты возьмешь бомбу?
- Ты возьмешь, - заявила Ванда. – Ты же бог этого мира. Почему тебе не создать здесь виртуальную бомбу, которая выбросит людей отсюда на много дней? Это ведь возможно? Говорят, здесь все возможно…
Тулубаев засмеялся:
- Все возможно только там, в реальном мире. Здесь любое действие – фантазия. Невозможно разрушить фантазию нафантазированной бомбой...
Гостья постояла еще, но больше ничего не дождавшись от него, растаяла в воздухе.
Медик перестал улыбаться. Стер фальшивую улыбку, став серьезным и сосредоточенным.
- Какая ты умница, Ванда, - тихо сказал он.
Тулубаев поднялся и создал себе кресло прямо у обрыва. Величественно опустился в него, как суровый бог, взявшийся наблюдать свысока за вверенным ему миром.
Впереди ждало долгих пять лет заточения. Вдалеке от семьи. Отрезанным от реальности.
Но кто сказал, что нести людям свет легко? Прометея вон вообще приковали к скале и орла приставили…
Бог приготовился ждать.

Глава 4. Возвращения бога.


Это наверное было странным. Едва выйдя из вирт-тюрьмы, пойти не домой, а на бывшую работу…
Ветер на крыше трепал волосы. Все еще слабое тело – после стольких лет в вирт-узле! – слушалось плохо. Постоянно хотелось сесть или хотя бы облокотиться о что-нибудь и перевести дух.
- Вот мы и встретились.
Холодный бок вертолета уверенности не предал. Тулубаев потратил пять лет, продумывая этот план, сотни раз в уме прикидывая, что и как делать. А теперь в груди только пустота. Может, он просто перегорел? Время прошло, рана затянулась, боль стала привычной…
Мотнув головой, бывший медик открыл дверцу и забрался в пахнущий пылью салон. Причем здесь его боль и его раны? Сюда он пришел не только ради мести. Звучит напыщенно, - подумал Тулубаев, щелкая тумблерами, - но действовать нужно ради будущего всего мира…
- Мы ждали – и вот наше время пришло!
За время заточения он привык говорить сам с собой. Ничего удивительного.
Медленно завращался винт. Каждый новый виток он делал все быстрее и быстрее, пока, наконец, не слился в сплошной гудящий диск.
Ожила рация. Тулубаев взял наушники; дрогнувшим голосом сказал:
- Я четырнадцатый…
В рации долго молчали.
- Михаил Тулубаев?
- Он самый.
- Я новенький, но слышал о вас… Что вы делаете? Вас отстранили от работы медика…
Тулубаев потянул штурвал на себя, поднимая вертолет в воздух. Крыша отдалилась, стало видно весь запущенный больничный городок. Он поднимался до тех пор, пока не увидел возвышающийся за городом комплекс Реактора.
- Скоро пойдешь в отпуск, - пообещал Тулубаев диспетчеру.

Вокруг Реактора существует зона, пересечь которую без разрешения невозможно. Это известно не каждому, но Тулубаев знал это прекрасно. Вертолет был выбран именно из-за этого. Старая техника не подчинялась командам с контрольного пункта.
Перемахнув забор, он направил вертолет прямо к шпилю Реактора. Рация бесконечно вызывала пилота, Тулубаев игнорировал.
Внизу из ангаров появились черные хищные дисколеты. Медлить не стоило. Взвыв, вертолет на пределе возможностей рванул вверх. С этой высоты город был как на ладони. Тулубаев на несколько мгновений отвлекся, наблюдая открывшуюся картину.
Первая черная тень метнулась от земли к нарушителю.
Сердце екнуло. Слишком быстро двигался дисколет.
Мимо пронеслась верхушка шпиля. Плоская, с небольшим люком. Волнуясь и постоянно косясь на приближающиеся черные шайбы, Тулубаев посадил вертолет так, чтобы не закрыть люк. Не глуша винты, выскочил и бросился к лазу.
Сзади взмыли на бешеной скорости дисколеты, но слишком поздно. Луч из парализатора чиркнул по закрывшейся за нарушителем крышке.
Он сбежал по короткой лесенке, толкнул дверь. Здесь уже был скоростной лифт, Тулубаев вскочил в него и принялся лихорадочно искать нужную кнопку. План Реактора он успел изучить досконально…
С бешено колотящимся сердцем он двинулся вглубь энергетической цитадели. Дело оставалось за главным. Никто не догадывается, зачем он здесь. Поэтому шанс на успех велик…

Тулубаев устало опустился на пол. По коридору приближался топот. Солдаты ворвались в комнату и в ней сразу стало очень тесно и очень больно. Тулубаев крошил зубы от луча-парализатора. Гуманностью здесь и не пахло.
- Стойте! Погодите, солдафоны.
Боль нехотя отступила. За силовиками обнаружился управляющий Реактором. Увидев схваченного, изменился в лице – кажется, медик, протаранивший со злости вирт-клуб, стал за эти пять лет популярным…
- Ты?... Зачем!
Тулубаев бессильно откинулся к стене.
- Затем, что так надо.
- Ты…
- Я, - серьезно подтвердил он. – Я! Медики должны лечить по-настоящему, а не выматываться, занимаясь тем, что постоянно отодвигают от края дураков и тупиц… Я! Потому что никто из вас никогда бы не решился.
- Ты ведь понимаешь, что Реактор починят и через месяц-два все вернется на свои места.
- Не все. Некоторые переборют ломку и может быть не захотят повторять снова ошибку… По крайней мере, я на это надеюсь.
- Ты, - бессильно повторил директор. – Что же ты натворил…
- Этой своей сменной я доволен, - произнес Тулубаев. – Раз решился я, однажды решиться еще кто-то… Здесь, в соседнем городе… Потом еще кто-то… Мы будем горькими пилюлями для дураков. А тех, кто понимает, что полное погружение во Второй мир – билет в один конец – будет становиться все больше и больше. Пока однажды, в далеком будущем, Одномирцы количественно превысят Ныряльщиков…
- Ты действительно в это веришь?
- По крайней мере, я дал шанс… Стал первым камешком в лавине… Может, она случится. Может – нет. Но не попытаться я, как человек, поклявшийся спасать жизни других, не мог…
- Тебя за это навеки упекут в вирт-тюрьму… Ты же только вышел! О себе лучше бы заботился, а не о других…
Тулубаев старался не думать о жене и сыне. Даже их не повидал… Он понимал, что если бы зашел домой, сил и решимости проделать все это не осталось бы. Сказал с обреченно:
- Это мой выбор.

Сообщение отредактировал Аквамен: 05:27:49 - 07.02.2014


#414 OFFLINE   Учебная Тревога

Учебная Тревога

    Пионер с шилом в жопе.)

  • Завсегдатай
  • PipPipPipPipPipPipPip
  • 3 357 сообщений
  • Награды

            
6 458

Отправлено 17:02:21 - 07.02.2014

Пока, фаворит. Хотя и фанфик. Но, в нём есть всё, что мне нравится - идейный герой))

Сообщение отредактировал Утр(о): 17:09:13 - 07.02.2014


#415 OFFLINE   Wrundel

Wrundel

    Тень

  • Завсегдатай
  • PipPipPipPipPipPipPipPipPipPip
  • 6 638 сообщений
  • Награды

            
148

Отправлено 21:54:55 - 07.02.2014

Просмотр сообщенияАквамен (05:26:24 - 07.02.2014) писал:

Холодный бок вертолета уверенности не предал.

поправь

Интересно, а кем окажется автор после открытия. Хороший рассказ. Автор молодец. Первый номер.

#416 OFFLINE   Аватар

Аватар

    Всё пройдёт

  • Завсегдатай
  • PipPipPipPipPipPipPipPipPipPip
  • 6 196 сообщений
88 973

Отправлено 11:59:29 - 08.02.2014

У меня почему-то впечатление, что это Будда, хотя практически никого не угадываю. Очень спокойно написано, очень. Есть досадные ошибки, наверно, из-за спешки.

Цитата

в обеих мирах
в обОих.

Цитата

она не превратиться в Двомирца.
превратиТСя, и разве не ДвУмирца?

#417 OFFLINE   дг сер

дг сер

    Просто Комар

  • Завсегдатай
  • PipPipPipPipPipPip
  • 1 762 сообщений
  • Награды

         
1 118

Отправлено 22:34:23 - 08.02.2014

Люди, народ, ХЭЛП МИ ))

Обращаюсь к тем, кто знает русский язык и может помочь с вычиткой рассказа для публикации. Нужно поставить там где нужно букву "ё", ну и по-мелочам( Сам я, как все прекрасно знают, ни в зуб ногой с русским...

#418 OFFLINE   Аватар

Аватар

    Всё пройдёт

  • Завсегдатай
  • PipPipPipPipPipPipPipPipPipPip
  • 6 196 сообщений
88 973

Отправлено 22:56:56 - 08.02.2014

Просмотр сообщениядг сер (22:34:23 - 08.02.2014) писал:

Люди, народ, ХЭЛП МИ ))

Обращаюсь к тем, кто знает русский язык и может помочь с вычиткой рассказа для публикации. Нужно поставить там где нужно букву "ё", ну и по-мелочам( Сам я, как все прекрасно знают, ни в зуб ногой с русским...
Могу, время есть.

#419 OFFLINE   дг сер

дг сер

    Просто Комар

  • Завсегдатай
  • PipPipPipPipPipPip
  • 1 762 сообщений
  • Награды

         
1 118

Отправлено 23:04:37 - 08.02.2014

Просмотр сообщенияАватар (22:56:56 - 08.02.2014) писал:

Могу, время есть.

Спасибо, написал в личку.

#420 OFFLINE   Усик-колёсик

Усик-колёсик

    Better Of Two Evils

  • Завсегдатай
  • PipPipPipPipPip
  • 993 сообщений
  • Награды

         
1 470

Отправлено 17:03:16 - 09.02.2014

Понравились части 1 и 2. Прямо даже очень понравились.
А 3 и 4 - уже не настолько. другой какой-то развязки хотелось. другого разворота событий. другого финала.
в любом случае, автор, спасибо большое.



Темы с аналогичным тегами Блиц конкурс Мерцание звёзд, сезонный конкурс прозы, лиц-кон

Количество пользователей, читающих эту тему: 0

0 пользователей, 0 гостей, 0 скрытых пользователей