2012 © Клуб поклонников творчества Сергея Лукьяненко

Перейти к содержимому



Дуэль Mauser Vs Taya

пиар

  • Авторизуйтесь для ответа в теме
Сообщений в теме: 74

Опрос: Дуэлька, дуэлька моя!... (7 пользователей проголосовало)

Ну и кто у нас точнее выстрелил, а?

  1. Автор №1 (5 голосов [55.56%] - Просмотр)

    Процент голосов: 55.56%

  2. Автор №2 (4 голосов [44.44%] - Просмотр)

    Процент голосов: 44.44%

Голосовать Гости не могут голосовать

#1 OFFLINE   Резкая

Резкая

    Наглая харя

  • Администраторы
  • PipPipPipPipPipPipPipPipPipPip
  • 7 335 сообщений
  • Награды

                  
5 213

Отправлено 00:42:33 - 04.03.2013

Дамы и господа! Люди и не люди!


Спешите ВСЕ поздравить меня - я снова секундант! Прошу Вас, не стесняйтесь - аплодируйте стоя! Это так приятно Изображение

Все, спасибо! О, цветы... Мне? Это так мило... Ну хватит, можете успокоиться уже. Таки дуэль как никак...

Да, кстати! Дорогие форумчане, позвольте мне представить Вам на обозрение новость: перед Вами, что ни на есть, дуэль! Противники:
Наитемнейший герой Дневного Дозора Mauser!

И прелестнейшая из темнейших Taya!


В связи с понижением читателей в каютах, они решили достучаться до Вас через дуэль! Итак, условия:

1. Срок дуэли 14 дней. Время отсчета 04.03.2013г. Если дуэлянты пришлют свои выстрелы раньше, то секундант может в тот же день выложить их на всеобщее обозрение.
2. Из первого пункта следует, что дуэлянты присылают свои выстрелы в личку своего секунданта. Ежели кто выложит сам, то автоматически проигрывает.
3. Голосование длится 14 дней после опубликования выстрелов и сигнала самого секунданта.
4. Объем выстрелом 30-40 тыс.знаков с пробелами. Если выстрел не будет соответствовать условиям - автоматическое выбывание.
5. Тема остается на совести дуэлянтов, тобишь они сами выбирают тему, каждый свою.
6. Выстрел может быть и ранее написан, но! никогда до этого не публиковаться.
7. А теперь, самое интересное.... Победитель дает творческое задание побежденному, тот, в свою очередь, должен его выполнить.
8. И самое главное - проза =)

Ну что ж мои дорогие, осталось только ждать... А пока, вкусняшки! Изображение

Изображение

Изображение

Изображение

#2 OFFLINE   Резкая

Резкая

    Наглая харя

  • Администраторы
  • PipPipPipPipPipPipPipPipPipPip
  • 7 335 сообщений
  • Награды

                  
5 213

Отправлено 00:53:44 - 04.03.2013

На работе умопомрачительный запах домашней аджики... Ммммм! Предлагаю всем перекусить =)
Понравилось название одной аджики - "Хреновая аджика"
Изображение

Изображение

Изображение

Изображение

Изображение

#3 OFFLINE   Учебная Тревога

Учебная Тревога

    Пионер с шилом в жопе.)

  • Завсегдатай
  • PipPipPipPipPipPipPip
  • 3 357 сообщений
  • Награды

            
6 459

Отправлено 06:36:41 - 04.03.2013

Цветы очаровательному секунданту в студию)))Изображение

#4 OFFLINE   Резкая

Резкая

    Наглая харя

  • Администраторы
  • PipPipPipPipPipPipPipPipPipPip
  • 7 335 сообщений
  • Награды

                  
5 213

Отправлено 06:44:11 - 04.03.2013

Ох, как приятно! Чувствую себя принцессой цветов! Изображение Хотя нет, это как-то мелкокалиберно... КОРОЛЕВИШНА цветов! О, звучит Изображение

У нас ветер, сильный, и холодно. Предлагаю коффейком залиться =)

Изображение

Изображение

Изображение

#5 OFFLINE   Резкая

Резкая

    Наглая харя

  • Администраторы
  • PipPipPipPipPipPipPipPipPipPip
  • 7 335 сообщений
  • Награды

                  
5 213

Отправлено 02:12:29 - 05.03.2013

На Чукотке, как ни странно, тепло =) Поэтому предлагаю почить чайку с блинчиками. Почему именно с ними? Да все по причине того, что я дома такую вкусняшку замутила: блинчики, фарш из печени с рисом и луком, домашняя аджика (та самая Хреновая) - мммм! Слов нет, одна работа челюстей =)

Изображение

Изображение

Изображение

Изображение

#6 OFFLINE   Учебная Тревога

Учебная Тревога

    Пионер с шилом в жопе.)

  • Завсегдатай
  • PipPipPipPipPipPipPip
  • 3 357 сообщений
  • Награды

            
6 459

Отправлено 10:21:14 - 05.03.2013

Я уже хочу к тебе в гости))))

#7 OFFLINE   Резкая

Резкая

    Наглая харя

  • Администраторы
  • PipPipPipPipPipPipPipPipPipPip
  • 7 335 сообщений
  • Награды

                  
5 213

Отправлено 11:46:31 - 05.03.2013

Дороговато выйдет =)

Ладно, червячка заморили, можно и просто языками почесать... Я вот что хотела сказать, сколько раз себя ловлю на мысли, что мысля от меня ускользает. Иногда такие идеи в голову приходят, но вот записать не на чем! В моем случае еще хуже... Я не то что записать не успеваю, подумать! Вот зараза, и сейчас ускользнула... В общем что же я хотела сказать? Ммм... Вот, придумывают всякие микрочипы и тому подобное, а почему нельзя создать устройство, дабы мысли записывал? А то в голосе такие сюжеты крутятся, а как только через пару секунд хочу обдумать, запомнить, так сказать, как уже ничего и не помню. А уж если сесть и записать, то вообще что-то левое выжимаешь из себя. Но если так рассуждать, мне бы не хотелось именно микрочипа или какого-нибудь другого записывающего устройства, - перо. Обычное, птичье или вообще из жопи черного дракона, но перо. Желательно светлого цвета. Должно оно быть, конечно же, волшебным! Записывать мои мысли на бумагу, быстро и, главное, что б почерк был нормальный. А еще, что бы только что написанное, этим пером, первые несколько секунд было золотым. Потом, когда чернила высохнут - синим. О, забыла добавить, чернила там нескончаемые. Вот как представлю, что у меня есть это перо, то.... Это ж какие шедевры мы могли бы вместе наваять! Эх.... Подарите, кто-нить, а? Позяяяяязя!
А вообще, к чему этот разговор, я просто приготовила сегодня картошку с тушенкой (мое любимое блюдо) и подумала, что кормить таким как-то не презентабельно =) Да и вообще, вы вроде сытые...

#8 OFFLINE   Учебная Тревога

Учебная Тревога

    Пионер с шилом в жопе.)

  • Завсегдатай
  • PipPipPipPipPipPipPip
  • 3 357 сообщений
  • Награды

            
6 459

Отправлено 13:33:31 - 05.03.2013

Изображение Воть))) Плата так сказать за обед). ( Правда  из какого места это перо было выдернуто - не скажу, не знаю))))

А я бы хотела не перо, а сферу невнимания. Чтоб как только я сажусь писать, вокруг меня возникала пустота и тишина.  А то только мыслю за хвост поймаю , так сразу дети горшок под нос сунут, муж потребует любви и ласки или хотя бы чаю...Уже и так делаю ему чай поллитровыми кружками, так нет, выхлебает злобно и опять чай подавай...Пока бегаю от детей до кухни глядь - комп занят и товарищ уже загрузил свою мерзкую игрушку..

#9 OFFLINE   Резкая

Резкая

    Наглая харя

  • Администраторы
  • PipPipPipPipPipPipPipPipPipPip
  • 7 335 сообщений
  • Награды

                  
5 213

Отправлено 00:23:45 - 06.03.2013

О! Какая прелесть... Подарок, да еще и мне! Спасибо =)
Думаю в твоем случае тебе надо одолжить волшебную сковородку Донны Редрак =) Я понимаю, что это артефакт Света, но у него есть такое классное свойство: одним видом отбивает любое желание беспокоить человека =)

На работе у нас война, так что анекдоты =)

Приходит мужчина устраиваться на работу на Ликероводочный завод дегустатором, а ему говорят: - Извините, но у нас и своих алкоголиков хватает
Он:
- Да нет я не пью я нюхаю.
- Не может этого быть!
- Да серьезно я не вру.
- Хорошо сейчас проверим.
Дали ему стакан вина он понюхал и говорит:
- Вино бастордо 1946 года выпуска градусов 25
Дали другое вино:
- А это клеопатра, 1961 года , но бочку не помыли несет мышами.
Тут они решили над ним поприкалываться и дали ему пару капель мочи секретарши он важно понюхал и сказал:
- Углеводов 20, сахара 35, 4-ый месяц беременности сказать от кого?
Директор кричит:
- Не надо, и так берем!!!


Я проснулся очень радостный и бегом побежал в душ. С улыбкой на лице, я вышел на кухню с мыслью, а что же мне подарит жена. Но она даже забыла меня поздравить.
- Ни фига себе - подумал я - ну ничего. Дети не забудут
Но дети тоже забыли.
Вы представляете, с какими чувствами я ехал на работу. Но когда я зашел в свой кабинет, секретарша Юля сказала мне нежно:
- Доброе утро, Шеф. С Днем Рождения!
И я почувствовал себя немного лучше. Где-то в середине дня, Юля постучалась ко мне и сказала:
- Шеф, давайте пойдем пообедаем вместе!Это ведь ваш День Рождения!
И мы пошли. После третьего мартини Юля сказала:
- Шеф, поехали-ка ко мне домой. Ведь дел на работе нет, а у вас День Рождения!
И мы поехали. Когда мы приехали, Юля прошептала мне на ухо:
- Шеф, садитесь вот здесь на диван, а я схожу и надену на себя что-нибудь более удобное!
И она ушла.
Через минут пять открылась дверь и вошла Юля с тортом, за ней шли моя жена, дети, родители, теща, коллеги, друзья и многие другие.
А я сидел на диване голый и думал: УВОЛЮ СУЗУКУ.


Бригаде, работавшей на дне карьера, сообщили, что привезли аванс. Так быстро по карьерной лестнице не поднимался никто.

Новая секретарша заходит к шефу в кабинет и говорит:
- Николай Петрович, мне кажется, вас просят к телефону.
Шеф с иронией смотрит на неё:
- Что значит "кажется"? Меня просят к телефону или нет?
- Знаете, - замялась секретарша, - когда я подняла трубку, то услышала голос, который спросил: "Это ты, мой сладенький поросёночек?". И вот теперь я не знаю, это вас просят или меня...


Объявление. Зоомагазин примет на работу самку продавца.

От гота в полной раскраске и обвешаного черепами я ожидала чего угодно, кроме: - "Здравствуйте, я продавец-консультант Орифлейм"...

#10 OFFLINE   Олег Л

Олег Л

    Вторая натура

  • Завсегдатай
  • PipPipPipPipPipPipPip
  • 2 977 сообщений
3 746

Отправлено 02:27:03 - 06.03.2013

Уважаемая Секундант, а котлетки, аджику закусить, будут? :shok:

#11 OFFLINE   Резкая

Резкая

    Наглая харя

  • Администраторы
  • PipPipPipPipPipPipPipPipPipPip
  • 7 335 сообщений
  • Награды

                  
5 213

Отправлено 02:32:26 - 06.03.2013

Нужны именно котлетки? Без проблем =)

Изображение

Изображение

Изображение

#12 OFFLINE   mauser

mauser

    смертник

  • Администраторы
  • PipPipPipPipPipPipPip
  • 2 031 сообщений
  • Награды

                  
3 080

Отправлено 05:40:08 - 10.03.2013

Маузер заряжен. Ваше слово, товарищ Тая

#13 OFFLINE   Учебная Тревога

Учебная Тревога

    Пионер с шилом в жопе.)

  • Завсегдатай
  • PipPipPipPipPipPipPip
  • 3 357 сообщений
  • Награды

            
6 459

Отправлено 08:33:13 - 10.03.2013

Высылаю текст секунданту)))

#14 OFFLINE   mauser

mauser

    смертник

  • Администраторы
  • PipPipPipPipPipPipPip
  • 2 031 сообщений
  • Награды

                  
3 080

Отправлено 20:03:09 - 10.03.2013

по впечатлениям - Таечке


#15 OFFLINE   Аватар

Аватар

    Всё пройдёт

  • Завсегдатай
  • PipPipPipPipPipPipPipPipPipPip
  • 6 196 сообщений
88 973

Отправлено 20:06:35 - 10.03.2013

Да, наелись, музыки наслушались, ещё бы выступления дуэлянтов дождаться :lol:

#16 OFFLINE   mauser

mauser

    смертник

  • Администраторы
  • PipPipPipPipPipPipPip
  • 2 031 сообщений
  • Награды

                  
3 080

Отправлено 20:10:27 - 10.03.2013

Так секундант не велит. Мы обменялись рассказами и я, в полном восхищении, подобрал ОСТ

#17 OFFLINE   Аватар

Аватар

    Всё пройдёт

  • Завсегдатай
  • PipPipPipPipPipPipPipPipPipPip
  • 6 196 сообщений
88 973

Отправлено 20:13:16 - 10.03.2013

Просмотр сообщенияmauser (20:10:27 - 10.03.2013) писал:

Так секундант не велит
Маузер, сразу песню вспомнила: "А мне мама, а мне мама целоваться не велит":lol:

#18 OFFLINE   Резкая

Резкая

    Наглая харя

  • Администраторы
  • PipPipPipPipPipPipPipPipPipPip
  • 7 335 сообщений
  • Награды

                  
5 213

Отправлено 23:42:36 - 10.03.2013

Торопят меня, торопят... Такую идею из головы сбили своими баллистическими ракетами =) Дамы и господа! Предлагаю вам расслабиться и выпить кофейку. На Чукотке -24, солнечно. Ваш нерасторопный секундант не так давно ряззяпил зеньки и понял, что этот день не его. Но не переживайте! Тут можно спастись только одним способом - плыть по течению. Так что, поплыли. Присаживайтесь, располагайтесь по удобнее, ибо сейчас, как только вы чуть шире откроете глаза, увидите долгожданные выстрелы наших дуэлянтов!
Ну а пока, кофе!

Изображение

Изображение

Изображение

#19 OFFLINE   Резкая

Резкая

    Наглая харя

  • Администраторы
  • PipPipPipPipPipPipPipPipPipPip
  • 7 335 сообщений
  • Награды

                  
5 213

Отправлено 23:52:14 - 10.03.2013

Автор №1

ПО ПУТИ К СЕБЕ.

Я стою на краю пропасти. За мной – чёрная стена леса, под ногами – бездна. Над головой – пылающее  небо. Это особое место. Точка между мирами. Место, откуда невозможно вернуться прежним. На миг мне становится страшно: вдруг не получится? Тогда – ад. Или нет? Как узнать, верно, ли решение, или это только морок, приворот.…И словно в ответ на эти мысли  я слышу шёпот: «Подумай Олли, обратного пути не будет. Вспомни, что ты хочешь оставить, оставить навсегда» Я вздрагиваю. Эллис сказала, что будет ждать меня внизу, у Чёрного озера. Но разве расстояние преграда для ведьмы? Я чувствую на себе её взгляд. Слышу её шёпот, похожий на шум ветра в осеннем лесу. И не только её. Я слышу глухое ворчание стаи, нетерпеливое ворчание. Они словно хотят сказать: решайся, мы ждём. Мы – твои братья. Серые тени, охотники. Их желание, воля стаи, жаркое нетерпеливое, подталкивают меня. Но снова раздаётся голос ведьмы,  и звучит в нём уже не шелест ветра, а звон льда. « Сам, ты должен сделать это сам! Свобода не даётся насильно! » И в этот же миг  на меня обрушивается тишина. Белое безмолвие. Безвременье. И лишь мысли и воспоминания сумасшедшим вихрем   кружатся в голове.
Я замираю и прислушиваюсь к себе, к тому внутреннему я, что привело меня в это место. Я вспоминаю своё детство.  Крошечную деревушку, ютящуюся у подножья гор. Отца, когда-то высокого и статного мужчину, сейчас обрюзгшего и расплывшегося с багровым лицом. Вечно испуганную мать, рано постаревшую, измождённую. Как она будет без меня? Я знаю, что при всей её любви ко мне, она предпочтёт считать, что я умер, чем примет изменившимся.  В нашей деревне изменение, нарушение веками поддерживаемого порядка – самое страшное преступление. Страшнее чем королевские сборщики налогов, страшнее, чем ополчение, страшнее, чем нападение горных троллей и чума… Я стою и вспоминаю. Вспоминаю всю цепь случайностей, встреч и событий, которые привели меня к этому решению – попытаться стать кем-то большим, чем человек. Попытаться обрести свободу и вырваться из привычного течения жизни…Понять, насколько я готов и насколько мне это нужно, ведь иначе ничего не получиться и я просто сгорю, вспыхну как факел..

Вот  мне  десять лет, отец взял меня с собой на ярмарку, в столицу графства. Отец сидел в лавке, продавал шкуры и  вяленое мясо. А я носился по городку, рассматривал товар, выставленный на прилавках, разложенный в телегах  и просто на земле. Отец сначала ворчал, а потом махнул рукой. Даже дал несколько монет, и я купил гостинцев маме, да и про себя не забыл.
Дичина пользовалась спросом, и товар мы распродали быстро. Хотели уже собраться и ехать домой, отец не любил большие, шумные города, но лавочник, наш родственник, у которого мы жили и снимали половину лавки, отговорил:  
- Ты что, Гельмут, хочешь пропустить   представление? Удивился он.  - Вчера из соседнего городка привезли ведьм, завтра днём казнь. Когда ещё ты в своей глухомани  такое развлечение  увидишь?
Отец, подумав, согласился.
- Будет что своим рассказать! Да и на баб страха навести, не помешает, а то слишком много воли взяли. Не иначе на костёр захотели! Сказал он и захохотал.
Я  поёжился. Когда я был совсем маленьким, то  мечтал о пони и просил отца купить его мне. « - А ты попроси у огненных фей» Сказал он. « - А что за феи?» Спросил я. И отец подшутил надо мной, рассказав, что в  огне живут  феи, маленькие прелестные девочки с золотыми волосами и крылышками, как у бабочек. Они такие крошечные и так ловко прячутся среди языков пламени, что сразу их и не разглядишь. Они очень дружелюбные, ведь они дети огня. А огонь согревает нас в лютые холода..   Как все волшебные существа, эти феи достаточно могущественны и исполнят любое твоё желание, надо только не побояться и шагнуть в пламя. « - И что, любое, любое желание исполнят?» Спросил я. Отец кивнул. И я шагнул прямо в камин. Где весело плясали ярко рыжие языки огня. Конечно, я  обжёгся и долго болел.  Мама первый и единственный раз тогда кричала на отца и он, большой и сильный стоял перед ней как провинившийся ученик перед учителем. Я помню, как мне было больно. И это притом, что, отец выдернул меня из камина почти сразу…
- Может, поедем домой, папа? Попросил я его.
- Не трусь, ты же мужчина! Воскликнул он.  - Да и ведьмы ведь не люди..
На площадь мы пришли заранее, чтобы занять самые лучшие места. Солдаты уже оцепили место казни, установили столбы. Обложили их дровами. Хорошими сухими дровами, что вспыхивают как спички и горят долго и жарко.. Народу всё прибавлялось и прибавлялось и вскоре  огромная толпа, запрудила всю площадь. Мне было страшно. Вся эта людская масса колыхалась и гудела. Слышался смех, кто то ел, кто то под шумок лапал симпатичных соседок, кто то обсуждал подробности дознания.. Наконец показалась телега с ведьмами. Толпа взревела. В пленниц полетели камни, огрызки еды и даже помёт. Женщины осыпали их проклятьями, мужчины свистели и бранились. Я привстал на цыпочки, пытаясь разглядеть ведьм. Их было трое. Одетые только в рваные рубашки, превратившиеся в лохмотья, с распущенными волосами,  они сидели на дне повозки, прямо на голых досках. Две – по виду мать и дочь. Мать – сгорбленная худая старуха с лицом обезображенным морщинами, густыми седыми бровями, беззубым ртом, крючковатым носом  и безумным взглядом, обнимала хрупкую молодую девушку, уткнувшуюся ей в колени и дрожащую. Третья – молодая женщина сидела чуть в стороне. При взгляде на неё, у меня перехватило дыхание. Казалось, в ней горел огонь. В длинных золотистых волосах, в синих глазах. Она сидела, гордо выпрямив спину и презрительно глядя на толпу. Подъехав к помосту, телега остановилась. Женщин грубо выволокли и привязали к столбам. Девушка пронзительно закричала. Старуха дико захохотала, и только молодая женщина молчала. Вышел глашатай и громко зачитал приговор суда. Священник начал молитву. Он по очереди подходил к каждой из женщин. Девушка, рыдая, умоляла пощады, старуха разразилась проклятиями. У молодой женщины он остановился и шепнул на ухо ей несколько слов.. Её тонкое лицо исказила брезгливая гримаса и она плюнула прямо в лицо священнослужителя. Он побагровел и ударил её распятием по губам. Из рассеченной губы потекла кровь. Неестественно яркая на мраморной коже.
- За что он её так? Спросил я торговца, стоявшего рядом с нами.
- Видно святой отец предложил ей пройти обряд экзорцизма.. Подмигнул он мне.
Тогда я признаться ничего не понял. Подошёл палач и поджёг костёр под каждым столбом. Пламя, взревев, взметнулось. Я зажмурил глаза и заткнул уши, чтобы не слышать истошных криков. Но всё равно они прорывались. «- Жалкие трусы! Рабы! Да лучше сгореть, чем жить, так как вы в вечном страхе и темноте!» Кричала молодая женщина. Старуха низким голосом пела, какой то гимн на латыни, девушка потеряла сознание.. От запаха гари и палёного мяса у меня кружилась голова, я не удержался и упал в обморок. Пролежал в горячке три дня и очнулся только в дороге. Первым делом по приезду я бросился к маме.
- Мамочка, только не становись ведьмой, пожалуйста! Молил я её  Люди так жестоки с ними, они так страшно умирают..
Мама погладила меня по голове и встревожено посмотрела в лицо.
- Люди правы. Ведьмы – очень дурные женщины, они продали душу дьяволу и находятся у него в вечном рабстве. Они просто игрушки демонов. И не надо их жалеть.. И с чего тебе пришла мысль, что я могу стать ведьмой? Спросила она.
- Ведьмы красивые.  И ты очень красивая.. Я смутился, невольно вспомнив ту, третью женщину. Не знаю почему, но я был уверен, что только она и была ведьмой. Ни в старухе , ни в девушке я не почувствовал того огня что в ней. В старухе было лишь безумие и отчаяние,  а в девушке – ужас..
- Дурачок.  Грустно улыбнулась мама. – Не вздумай такое ляпнуть  кому-нибудь чужому!  
Месяц после этого , по настоянию отца, я ходил к нашему священнику и каждый вечер читал девять раз Отче  Наш. А ещё отец Иоанн, из огромной, толстой книги в кожаном переплёте, читал мне, кто такие ведьмы, чем они опасны,  и как их разоблачить. От этих описаний мне ночами снились кошмары и начались припадки. Тогда мама, втайне от отца отвезла меня в горы, к травнице, старухе Марте.  А всем сказала, что я гощу у тёти. У Марты я прожил полгода. Она отпаивала  меня отварами, заставляла купаться в ледяной воде горных речек, и говорила, что все телесные болезни начинаются с болезней души.  Это лечение было настолько непохоже на обычаи  городских лекарей, настолько интересно! Мне хотелось понять, разобраться, как так получается, что травы коренья и вода помогают лучше пилюль, микстур  и кровопускания. Заметив мой интерес, Марта стала учить меня:  разбирать, какие травы полезны, от чего помогают, и когда их надо собирать, как вести себя в лесу. Даже читать немного учила. Раз, осмелев, я стал расспрашивать её о ведьмах. Поколебавшись, она рассказала, что ведьмы, как и люди, бывают разные. И для того чтобы стать ведьмой, вовсе необязательно продавать душу дьяволу. Сила есть во всех живых существах. Сила есть в самой жизни. В травах и деревьях, животных и птицах, камнях, воде, огне, воздухе. И в людях есть сила. Чаще неосознанная. Вот почему иной мастер сделает вещь, которой сносу нет? А всё потому, что делал он её с душой, вкладывал в её создание часть своей души, своей силы. Но, к сожалению,  люди её бояться или не умеют пользоваться. Или пользуются, но неосознанно.. А ведьмы нет. Ведьмы обрели свободу и смогли раздвинуть границы видимого мира.  
- Почему же тогда люди так бояться, и ненавидят их? Спросил я.
- Не все ведьмы добры и уж точно  все – небезобидны. Усмехнулась Марта.
- Но ведь ты – добрая.. Протянул я.
- Это был мой путь и мой выбор.. Вздохнула она. – Но и это вовсе не означает, что в один прекрасный день сюда не приедет стража Инквизиции и не арестует меня. И никто, поверь мне, никто не сделает даже попытки им помешать..
-А разве ты не можешь превратиться в птицу и улететь? Спрашивал я.
- Увы, мой мальчик. Такой силы у меня нет. Грустно улыбалась она. В своё время, я не смогла пройти посвящение и слиться со своей магической сущностью, пребывающий в ином мире. Что-то помешало и ей и мне. Такое нередко случается. Ведь все мы, живущие, существуем одновременно в нескольких мирах. Или несколько миров одновременно существуют в нас, что в принципе значит то же самое.  Отголоски тех жизней доходят до нас в снах, или необъяснимо как возникающем знании, предвидении. Получиться слиться хоть с одной из своих «я» и ты станешь более могуществен, чем обычный человек. ..
- А как это сделать? Заинтересовался я.
- Для этого существуют различные ритуалы, магические действия и зелья.. Уклонялась Марта от прямого ответа.
Конечно, из того, что она рассказывала, я понял далеко не всё. Но главное для меня было то, что неведомого не надо бояться. Ведь это просто ещё одна грань нашего мира. Или мира, заключённого в нас.  Я бы с удовольствием остался у Марты навсегда, но в одно «прекрасное утро» я проснулся в пустой хижине. Исчезли связки трав, склянки с зельями, немудрёная утварь. На столе белело письмо.
« Извини, вынуждена исчезнуть не прощаясь, так будет лучше. Как я и предсказывала, сюда едет отряд Инквизиции.  Здесь они будут через неделю. Дорогу домой найдёшь сам.  Я думаю, ты не заблудишься. »  Стоило мне дочитать, записка на глазах истлела. Конечно, я обиделся и расстроился. До дома было два дня пути, и хотя я уже хорошо ориентировался в лесу и мог спокойно в нём заночевать, было как-то грустно. Но потом, вспомнив казнь на городской площади, я подумал что, пожалуй, старая ведьма  права. Дойти я могу и сам, а у неё будет лишних два дня форы. Да и лучше, если я не буду знать, куда и в каком направлении она направилась.
Вернувшись, я отметил, что дома ничего не изменилось. Отряд Инквизиции провёл у нас целую неделю. Допрашивали всех, рыскали по окрестностям, но так и ушли ни с чем.. За эти полгода, я здорово окреп и стал хорошим помощником  отцу. Мне нравилось бродить по лесу, выслеживать дичь. Да и про травничество я не забывал.   Я надеялся, что рано или поздно Марта вернётся и поможет мне стать кем-то большим, чем человек. Но время шло, а она не возвращалась. Жизнь в деревне текла своим чередом, лето сменялось осенью, осень – зимой. Мы били дичь, возили на продажу шкуры и мясо.  На заработанные деньги я покупал себе книги. Правда хороших, было мало, и стоили они дорого. Книги я прятал, отец не одобрял чтения  и считал его  бесовской выдумкой. Как и другие жители деревни, впрочем. Чем дальше, тем больше они казались мне странными. Они боялись темноты и ставили кресты над дверьми и окнами. Они знали сотни суеверий и обрядов отгоняющих злых духов, но не могли выучить названия трав и как их применять.. Живя рядом с лесом сотни лет, они до сих пор воспринимали его как угрозу и мечтали вырубить под корень. Хотя именно лес  кормил их и их семьи. Конечно, ничего такого я никому не говорил. Но люди стали  держаться от меня подальше.. Не знаю, чем бы всё это кончилось. Может со временем, я и стал  бы, таким как все. Или навсегда остался деревенским чудаком. Но через четыре года в окрестностях деревни появилась ведьма. Не такая как старуха Марта, а настоящая. Молодую девушку, бродящую по лесу босиком в окружении волков, видели несколько раз. Говорили что она очень красивая. Говорили, что она пьёт кровь младенцев и режет по ночам кур. Но ни один ребёнок в нашей деревне не пропал, а кур резала собака старосты. Несколько раз мужчины сбивали ватагу  и шли охотиться на ведьму. За каждую пойманную колдунью Инквизиция платила золотом. Но удача им так и не улыбнулась. Часами они плутали по лесу, умудряясь попадаться в свои собственные капканы и ловушки. Или их накрывал невесть откуда взявшийся снегопад. Или медведь-шатун появлялся из чащи, грозно рыча.
  Правда после очередной облавы ведьма сама пришла в нашу деревню. Люди в страхе забились по домам, по улицам бегали волки, выгоняли из хлевов скотину. А ведьма стояла и улыбалась. Она была по виду - чуть старше меня. Невысокого роста, светлые волосы спадали на плечи, глаза похожи на речной лёд. А ещё – в ней горел огонь. Как в той молодой женщине, чью казнь я когда-то видел. Ведьме  было весело, она шутила с волками и хлопала в ладоши. Тогда я взял ружьё   и вышел.  Допустить, чтобы хищники порезали наш скот, я не мог. А может просто, не хотел, забившись, сидеть и шептать молитвы и заговоры против нечистой силы.  Самый крупный серый  зверь кинулся мне на грудь. Я выстрелил, целясь ему в морду. Стрелок я был меткий, но тут, почему-то пуля прошла мимо, и он  опрокинул меня на спину, следом кинулись остальные . Оскаленная пасть вожака была у самого моего лица. Его глаза, казалось, смотрели мне в душу. И вместе со злостью в них светился разум и.. ревность?
- Тихо! Крикнула ведьма. – Оставьте его. Он храбрый мальчик. Не то, что эти трусы.. Она кивнула на окна, плотно закрытые ставнями.
Волк, рыча, медленно убрался. Ведьма подошла ко мне и  наклонилась. От неё пахло снегом, глаза  из серых,  стали зелёными. Она погладила меня по голове  и поцеловала прямо в губы.  Я смотрел на неё и понимал, что теперь не успокоюсь, пока не стану таким же, равным ей и свободным.   Она выпрямилась, засмеялась и повелительно сказала волкам. :
- Домой.
Подвывая и повизгивая, обиженно оборачиваясь, стая кинулась в лес. А ведьма удовлетворённо оглядела учинённый ей беспорядок,  шикнула на испуганный скот, перекинулась рысью и пустилась догонять волков. Напоследок бросив на меня полный озорства взгляд. Я собрался с силами и поднялся. Оставляя кровавые следы, поковылял к своему дому. Никто не вышел мне помочь, хотя я чувствовал устремлённые на меня взгляды. Мама долго не решалась, но, в конце концов, открыла дверь. Причитая и ругая меня вымыла и перевязала раны…Так я первый раз увидел Эллис. Тогда я, конечно, не знал её имени. Она стала для меня просто зимним видением. Потом я много раз пытался отыскать её в лесу, иногда мне казалось, что я ощущаю её присутствие, но как не старался её увидеть, мне это не удавалось. А в деревне, после того происшествия на меня стали откровенно коситься. Не могли понять, почему волки меня не загрызли, а ведьма не испепелила.. Старуха Анна пустила слух, что я якшаюсь с нечистой силой, что держу в доме колдовские книги. Я  всё больше времени пропадал  в лесу. Там было спокойно, лес напоминал мне храм. Светлый, торжественный. Стройные деревья тянутся к небу, ветер играет симфонии в их вершинах. Со временем, я  перетащил в хижину Марты кое-какие вещи и окончательно перебрался жить туда.  Домой возвращался лишь отнести добычу, да сопроводить отца в город, на ярмарку. Но всё чаще он предпочитал обходиться без моей помощи. Не то что бы я не скучал по людям, или ненавидел их. Вовсе нет. Помня то, чему меня учила Марта, я стал собирать травы,  и пытался делать отвары. Оказалось, я ничего не забыл! Мне нравилось, что я могу делать что-то большее, чем ожидают от подростка.  Недоступное остальным. На очередной ярмарке мне удалось у монаха купить книгу  Большой Травник. Я вылечил отца от водянки, а маме снял головные боли. Но почему-то это ещё больше оттолкнуло их от меня. Иногда я заходил в трактир, пропустить пару кружек пунша. Но при виде меня люди замолкали, хорошенькая подавальщица Лина смутившись убегала в кухню и  место за  стойкой занимал Михель, её отец  здоровенный дядька с пудовыми кулаками и зверской рожей .. Несколько раз к нам наведывался настоятель, отец Иоанн. Он подолгу разговаривал с отцом и матерью и делал, какие то многозначительные намёки.  Даже советовал идти в монастырь на покаяние. Я лишь смеялся в ответ. Он тогда здорово обиделся, отец Иоанн. А через неделю после его очередного визита, ко мне в лесную хижину пришли отец с мамой. Помню, я очень удивился и обрадовался. Когда тебе 16 лет, одиночество периодически надоедает.. Я засуетился, достал горшок с тушёным мясом пригласил их к столу. Но натолкнувшись на тяжёлый, полный ярости взгляд отца и тоскливый – матери замер.
- Нам прохода в деревне не дают! Воскликнул отец.
Я опустил голову.
- Говорят, что мы вырастили чернокнижника…Горько сказала мать. – У соседей корова издохла накануне, так Берта пришла и устроила такой скандал, как будто своими глазами видела, что я шептала заклинания.. Неровён час донесут.  Отец Иоанн всё время о тебе спрашивает.
- Да что им всем от меня надо! Не вытерпев, заорал я. – Вы же знаете, что я никому не причинил зла! Наоборот, пытался помочь!
- Но зачем, сынок? Спросила мама.- Зачем тебе эти книги, травы ? Почему ты просто не можешь быть таким как все? Ты хороший охотник, если бы не твои странности, любой отец выдал бы за тебя свою дочь.
- Да не хочу я ещё жениться. Покраснел я.
- Я женился на твоей матери в твоём возрасте и прекрасно прожил жизнь. Проворчал отец.
Я хмыкнул. Интрижки отца давно не были для меня секретом. Да и для мамы, думаю тоже..
- Что вы от меня хотите? Спросил я.
- Ты должен вернуться домой, покаяться, сжечь все свои книги и зажить нормальной жизнью. Как все. Без всяких трав и корешков, загулов в лесу и странностей. Приказал отец.
Кровь прилила к моей голове, я вспылил. -  А что будет, если я останусь тут? Вызовете Инквизицию? Сожжёте меня на площади перед храмом? Отречётесь от меня?
Отец неожиданно сник. А мама посмотрела мне прямо в глаза и сказала:- Ты не оставляешь нам выбора. Мы не хотим покидать наш дом. Здесь мы родились и выросли, здесь жили наши деды, прадеды и прапрадеды. Здесь вся наша жизнь! Мы честно трудились и были уважаемы соседями. А сейчас.. Она горько вздохнула. – Хоть на улицу не выходи.
На миг мне стало страшно. Я ведь любил своих родителей. И был до этого момента совершенно уверен, что и они любят меня. Ну, мама то точно! Мама посмотрела на меня и попросила отца выйти. Тот совершенно безропотно подчинился, что потрясло меня не меньше, чем всё сказанное до этого. Мама подошла ко мне, обняла и стала гладить по спине, уговаривая как в детстве.
- Не ломай себе жизнь, Олли. Думаешь, ты ей нужен, этой ведьме? Ведь именно из-за неё ты торчишь в лесу..
- Мама, но ведь ты сама отвезла меня тогда к старухе Марте! Возразил я.
- Марта только знахарка! Она никогда не выделывала всяких фокусов с животными. Да и не я одна, почти все женщины деревни пользовались её услугами! Упрямо сказала она. -Именно поэтому как Инквизиция не пыжилась, ей удалось уйти. А кто заступиться за тебя?! Кто, кроме нас с отцом! Учти, если тебя признают чернокнижником, беды ждут и нас.
Она ещё долго убеждала меня, и, в конце концов, я сдался. Приносить своих родителей в жертву, я не был готов.
- Я приду завтра утром. Пообещал я.
- И книги не забудь! Ты должен сжечь их сам, при всех. Напомнил отец.
Почти всю ночь я бродил по лесу. Я надеялся, что ведьма, наконец, мне покажется. Но напрасно. Я вернулся в хижину, за пару часов до рассвета. Книги стопкой лежали  на табурете около кровати.  Я знал их почти наизусть. Но всё равно нестерпимо жалко было с ними расставаться. Это было... Неправильным. Предательством. Я представил, как с опущенной головой вхожу в деревню. Книги свинцовой тяжестью давят на спину. Вот я останавливаюсь перед церковью. Покорно складываю свою ношу  на костёр, заботливо приготовленный истовыми прихожанами. Народ конечно ни за что не пропустит такое зрелище. Несмотря на ранний час, соберутся все. И староста с семьёй, и старуха Анна, и вечно пьяный калека Ян. Мои родители будут стоять чуть в стороне, рядом с отцом Иоанном. Смотреть на меня сочувственно, но и строго. Потом,  кто-нибудь передаст мне церковную свечу. И я сам подожгу свои сокровища…И огонь весело треща примется пожирать тонкие, хрупкие от старости страницы. Книги как живые будут корчиться в огне, кожа переплётов вспучиться и треснет и отвратительный запах гари снова въестся в мою одежду, волосы, в мою кровь. Это видение заставило меня вздрогнуть. Ради чего? Зачем я должен был это сделать? Ради спокойной, размеренной жизни? Ради родителей?  А вправе ли они требовать от меня этого? И в силах ли я исполнить их просьбу и отказаться от своей мечты, от своего я. Может быть, я не рад был,  тому, что когда-то в детстве во мне проснулось, в маленькой горной хижине. Но сделанного не воротишь.
До самого рассвета я таскал в свой дом хворост. Книги завернул в выделанные шкуры и закопал неподалёку. Сверху настелил дёрн. Тайник вышел хороший. Потом тщательно вымылся и почистил одежду. А затем поджёг хижину старухи Марты. Костёр вышел впечатляющий. Столб дыма взметнулся до самого неба.  Думаю, в деревне его было отлично видно. Я стоял и смотрел, как сгорает мой дом. Но в душе не было боли. Только светлая печаль. Я спустился в долину. Навстречу мне бежали дети, ранние прохожие останавливались и оглядывались на меня. В глазах их был затаённый страх и любопытство. Не заходя, домой я прошёл сразу к отцу Иоанну. У него я провёл несколько часов. Думаю, что только по счастливой для меня случайности, он не сделал карьеру в Инквизиции. Дознаватель из него вышел бы знатный. Он спрашивал, я отвечал. Он кивал, кропил меня святой водой и шептал молитвы. По окончании допроса   спросил, отрекаюсь ли я от бесовских соблазнов, и я с чистой совестью отрёкся. В моём понимании, знание пусть и не явное, скрытое, не являлось таковым соблазном .  И ведьма вовсе не была адским отродьем. Наконец подозрения с меня были сняты. Я выразил желание совершить паломничество в святые места и возможно остаться при одном из монастырей. Отец Иоанн горячо одобрил эту затею и  благословил меня, наградив  чётками в большом количестве лежавшими, в ящике его письменного стола. Наверное, для поощрения спасённых им грешников, решил я.  После  я прошёл к родителям. Они уже были в курсе дел и с нетерпением ждали меня.  Решение моё и обрадовало и огорчило их. Им, конечно, было приятно, что я вышел на верную дорогу, но и терять помощника не хотелось. Я посидел  за собранным по такому случаю столом с праздничными угощениями. Попрощался с соседями, собрал немудрёные пожитки  и, отказавшись от предложенных отцом денег  (к вящему его удовольствию) отправился в путь. День был пасмурный, но дождя не было. Дорога стелилась под ногами, и к вечеру я добрался до перевала. Конечно, ни в какое паломничество я не собирался. Вместо того чтобы идти в сторону наезженной дороги, я углубился в лес. Так началась моя новая жизнь. Жизнь отшельника.
Прошло несколько месяцев. На смену осени пришла зима, затем весна. Я ставил ловушки, на дичь, ловил рыбу. Соорудил себе землянку и подумывал построить хижину. Если погода была хорошей – ходил на разведку, исследуя территорию и подыскивая место по нраву. Пару раз я выбирался в небольшой городок на ярмарку, не в тот, куда ездил отец, а десятком миль дальше. Там я сбывал пушнину, часть денег тратил на припасы и книги, одежду, а оставшиеся отсылал матери. Жизнь отшельника была мне по душе. К тому же, спустя месяц я обрёл друга. Когда я строил землянку, то заметил, что с дерева за мной внимательно наблюдает белка. Я попытался подманить её, но она убежала. Однако на следующий день снова была тут как тут. Постепенно зверёк перестал меня бояться, и мы подружились. Правда, как ни старался я, в землянку  она упорно не шла. Может, это одиночество так подействовало, но мне казалось, что белочка совершенно всё понимает и очень внимательно меня слушает. Я даже книги стал читать вслух. А потом случилось так, что моя жизнь в очередной раз резко изменилась.
Той ночью мне не спалось. Тоска давила грудь, было беспокойно и маятно. В голову лезли мысли о доме.  Сейчас должно быть в деревне начались весенние гуляния. Девушки знакомятся с парнями,  собираются компаниями, поют и танцуют. Поворочавшись, я вышел на свежий воздух.  Луна заливала лес потоками серебристого сияния. Но покоя и тишины не было. В ветвях деревьев, кустах шуршали то ли птицы, то ли зверьё. Пахло хвоей и смолой. Влажной землёй. Мхом. Весной, обновлением. Лес жил напряжённой ночной жизнью. Неожиданно я почувствовал  прилив сил. Хотелось бежать или громко запеть. Или убить кого-нибудь. « Наверно не помешает недельку пожить в городе, а то так совсем одичаю..» Подумал я. Сна не было ни в одном глазу. И я решил дойти до небольшого озерца, когда мне было грустно или просто хотелось о чём-то подумать, я шёл к нему. Почти идеально круглое, с плотным песчаным дном, со всех сторон окружённое деревьями, оно было словно  линза, которую обронил когда-то сказочный великан. Подойдя к нему, я услышал плеск и звонкий смех. Осторожно выглянул из-за дерева и увидел её. Ту ведьму, что приходила к нам в деревню. Она стояла по пояс в воде, похожая на видение, сотканное из лунного света. Мраморная кожа, светлые волосы, казалось, от неё исходит сияние. Девушка била по воде руками, и брызги разлетались во все стороны брильянтовой россыпью. Она опять звонко рассмеялась, и я невольно улыбнулся в ответ. И в этот миг поверхность озера заколебалась, вода забурлила, и огромное ростом с три человеческих существо вынырнуло  наружу. От ужаса я оцепенел. Больше всего существо напоминало гигантскую ящерицу, покрытую кобальтовой чешуёй.  Только шея гибкая, как у змеи. Глаза огромные, светящиеся. Хвост бьёт по воде, поднимая фонтаны брызг. Зубастая пасть раскрыта, дрожащий язык касается щеки девушки. « Да он её сейчас сожрёт!» Промелькнуло у меня в голове. Не размышляя больше ни секунды, я выхватил нож и кинулся в воду. Чудовище обернулось и уставилось на меня злобным взглядом. Занесло хвост, чтоб прикончить на месте и издало пронзительный свист.
- Спокойно,  Анжи! Крикнула девушка, вплотную подплыв к монстру и обняв его за шею.- Он просто не знает..
Монстр засвистел, явно обиженно, шлёпнул по воде хвостом, обдав брызгами меня и ведьму, и стремительно поплыл к середине озера. Вода там забурлила как в адском котле, образовался водоворот  и Анжи канул, куда то в глубину.
Ведьма задумчиво посмотрела на меня и сказала – Что-то не складывается у тебя с моими друзьями…
- Так это чудовище твой друг? Опешил я.
- Анжи красивый! Обиделась ведьма.- И очень добрый! Разве он хоть раз мешал тебе ловить здесь рыбу?
От мысли, что оказывается всё это время, я рыбачил в озере, где живёт такое чудо, мне стало неуютно. Но с другой стороны, раз я до сих пор жив, значит не такой уж он и монстр..
- Может ты и права. Выдавил я.
- - Конечно, я права! Засмеялась ведьма.- Кстати, как тебя зовут?
- Олли. Смутился я.
- А я Эллис. Может, пойдём на берег? Мне, конечно, ничего не будет, но ты можешь простыть. А выхаживать человечков дело скучное и неблагодарное.. Предложила она.
- Вот ещё, вода совсем тёплая.. Нахмурился я.
- Ну, смотри, я пошла. Анжи всё равно обиделся, и будет дуться неделю.
Вспомнив об Анжи, я быстро поплыл к берегу. Но тут возникла неожиданная проблема. Я то кинулся в воду одетым, а Эллис купалась нагишом.
- Ты что, меня стесняешься? Поразилась она, когда я, сопя и отворачиваясь, чтоб ненароком не увидеть чего лишнего бочком выбрался на берег.
- Если ты бессовестная, это не значит, что все такие. Проворчал я.
- Вот что значит человек. Фыркнула она. – Скажи, ты зачем вообще из деревни ушёл? Я давно за тобой наблюдаю, странный ты какой-то.
Неожиданно я почувствовал острое желание всё рассказать ей. Она ободряюще кивнула.
И я начал рассказ. С того, как первый раз увидел ведьм, и как жил потом у Марты.. Эллис слушала, иногда кивала, иногда болезненно морщилась.
-Значит, говоришь, ты хороший травник? С сомнением спросила она по окончании моего повествования.
- Марта меня хвалила.. Признался я.
- Хорошо, я подумаю и найду тебя. Решительно сказала Эллис и растворилась в лесной чаще. А я, мокрый и обессилевший поплелся к своей землянке.
Так началась наша дружба.  Чем-то я заинтересовал её ещё в деревне.  Она говорила, что
совсем не против, чтоб я стал таким же,  как она. Но это очень опасно, а она не уверена в крепости моего желания.
- Ты ведь даже от непривычных тебе существ шарахаешься!  Вы, люди,  слишком боитесь отойти от своих представлений о мире.. Вы скорее погибнете или сойдёте с ума, чем признаете, что этот мир не тот, каким видится вам. Возражала она, когда я начинал уговаривать её помочь мне с обращением.
Но время шло, и мне удалось найти общий язык даже с Анжи. Милейшее существо оказалось. Вернее оказался. Наверное.. А  со стаей я подружился быстро и легко, удивительно. Эллис даже, не пришлось учить меня языку волков. Словно я знал его раньше, но забыл. Вожак серых, Неро, стал считать меня кем то вроде младшего брата. Теперь я часто охотился вместе с ним. Эллис даже ревновала, только непонятно то ли его ко мне, то ли меня к нему. Самой большой неожиданностью для меня стало то, что мир  населён огромным количеством эльфов и духов. Оказалось что и огненные феи – не миф. Но увидеть их человек не может. Ибо для этого ему надо сместить границы восприятия реальности.
И наконец, однажды Эллис привела меня на вершину скалы. Отсюда был виден лес, раскинувшийся на сотни миль. Сотни миль золотого, багряного с островками зелени океана. В одной из книг я читал о нём..
- Скоро день равноденствия и ты можешь попытаться. Шёпотом сказала ведьма.
- Попытаться… Стать таким как ты? Обрадовался я.
- Вряд ли. Она пожала плечами. – Мужчина не может стать ведьмой. Но выйти за границы отмерянного человеку ты можешь попробовать. Способности у тебя есть. Только подумай. Это очень опасно. И помни, если у тебя не получится, я ничем не смогу тебе помочь. Ты умрёшь и умрёшь страшной смертью.
Я вздрогнул. Потом посмотрел на неё. Она была такая красивая. Печальная. Лёгкий ветерок играл с её локонами. Длинные ресницы бросали тени на лицо. Я попытался обнять её, но она отстранилась.
-  Почему? Спросил я.
- Не время. Сказала она, обернулась белкой и скрылась в кроне дуба.
Я думал до самой темноты. Несколько раз я слышал зов стаи, но не подавал голоса. И, в конце концов, решился.
Мы вышли в путь ночью. Эллис вела меня за руку, потому что без проводника в место посвящения было не попасть. Дорогой  не разговаривали. Всё уже было сказано. Мы шли, и я видел как лес, к которому я уже привык, который знал, как свой дом менялся. Деревья оживали.  Ветви их предупреждающе шелестели, стволы изгибались.  Ветер шептал в уши: «Остановисссь, верниссссь»  Кустарник стремился обвиться вокруг ног и повалить. Тёмные тени пикировали прямо на меня широко расставив крылья. Наконец мы дошли до небольшого  озера с угольно чёрной водой. К моему немалому удивлению стая была уже здесь.
- У них свои дороги. Впервые за весь путь Эллис улыбнулась. Достала из заплечного мешка маленькую фляжку, выточенную из горного хрусталя, и протянула мне. – Поднимешься на вершину и выпьешь, если не передумаешь. Мы будем ждать тебя здесь.
- А если я собьюсь с дороги? Спросил я.
Пространство вокруг укрывал густой молочный туман, чуть рассеивающийся только у воды.
- Не собьёшься. Это место само тебя притянет. Успокоила меня девушка.
Неро подбежал, встал на задние лапы, упёршись передними мне в грудь,  и лизнул в щёку.
- Я справлюсь. Пообещал я ему.
Отвернулся и шагнул в туман. Почти сразу я ослеп и оглох, но упорно продолжал шагать. Словно какой то магнит притягивал меня, ноги сами выбирали направление. Мыслей почти не было, только мелькали бессвязные образы. Детство, мама. Отец, деревня. Ярмарка. Казнь. Старуха Марта. Отец Иоанн. Всплывали в памяти лица людей, которых я давно забыл, слова поступки. Прошлое обступило меня и пыталось удержать. Но я дошёл. И желание измениться если и ослабло, то лишь на миг. Я вышел на каменистую площадку и огляделся.  За мной вдруг встала чёрная стена леса. Солнце начало всходить и заливало небо алым светом. Казалось солнце смертельно ранено..Я подошёл к краю площадки и посмотрел вниз. Пропасть, в которой клубился туман. Зрелище было настолько величественно и прекрасно, и я казался таким ничтожным перед этими древними горами, лесом, солнцем. Они были за сотни лет до моего рождения. И будут спустя сотни лет после моей смерти. Кто я? Жалкий человечек, пытающийся прыгнуть выше головы? А имею ли я на это право? А вдруг ничего не получиться? Но тут я слышу шёпот Эллис и дыхание стаи. Время замирает и только вихрь воспоминаний кружит в моей голове. И из сумбура событий  ко мне приходит понимание, что моё решение истинно и твёрдо. Я могу измениться и изменюсь. Я имею на это право.
И осознав это, я достаю из висящего на груди мешочка флакон. В нём – мой выбор, моё будущее. Кровь дракона, слеза единорога, желчь ехидны, что там ещё положено добавлять в колдовские зелья? Лучше и не думать.. Мне важно лишь то, что, выпив, его я изменюсь. Безвозвратно. Или умру. Эллис предупреждала, что если сила моего желания будет недостаточна, я просто сгорю. Вспыхну как факел и огненной звездой полечу в пропасть. Боюсь ли я этого? Себе можно признаться – да. Боюсь не смерти, боюсь проиграть. Боюсь оказаться просто зарвавшимся крестьянином..
Я осторожно отвинчиваю крышечку. В нос бьёт едкий неприятный запах. Кажется, он проникает прямо в мозг. Глаза начинают слезиться, я задыхаюсь и падаю на колени. Нестерпимо хочется швырнуть флакон в пропасть. Но я сдерживаю свой порыв и залпом  глотаю ядовитое содержимое. Чувство словно пьёшь жидкое пламя, или кислоту, ювелира Генриха.  Внутренности не горят – плавятся, судороги сотрясают всё тело. Я катаюсь по снегу, и нечеловеческий вой вырывается из сожжённого горла. Я выхаркиваю ошмётки крови и желчи, раздираю руками грудь. Перед глазами плавает багровый туман. Я изменяюсь. В голове звучит рёв тысяч голосов,  я больше не чувствую своего тела. Кто я? Червяк, которого раздавила проезжающая по дороге телега?  Попавший в капкан хищник с перебитыми лапами? Бьющийся о стекло керосиновой лампы мотылёк? Птица, попавшая в ураган? Какая то могучая неведомая сила играет со мной, лепит, словно из глины по новому образу и подобию и наигравшись небрежно швыряет в сторону. И я..падаю…или..лечу! Я лечу? Лечу! Я лечу в заоблачной вышине, мои тяжёлые кожистые крылья размеренно поднимаются и опускаются. Из груди вырывается победный клич. Я скольжу по воздушным потокам легко, словно родился в небе. И это правда! Ведь  я рождаюсь именно сейчас, заново осознаю себя  уже не человеком, драконом. Я часть этого неба и земли и воды. Я часть вечного сущего. Это мой мир и я принадлежу ему. От самого крошечного эльфа до подземных гигантов, что движут гранитные платформы Земли. Я их, а они мои. Я парю поднимаясь выше облаков, так что становиться тяжело дышать и лёд замерзает.

#20 OFFLINE   Резкая

Резкая

    Наглая харя

  • Администраторы
  • PipPipPipPipPipPipPipPipPipPip
  • 7 335 сообщений
  • Награды

                  
5 213

Отправлено 23:55:49 - 10.03.2013

Автор №2

Глава V

"Ненавидь меня!"


В дни ноября, когда снег робко пытался улечься на стонущую под гусеницами советской бронетанковой лавины, которая рвалась на запад -стремительная как ураган и неотвратимая как лава, Ирья смиренно выполняла свою повседневную работу в небольшом уездном приходе отца. Война практически не коснулась их захолустья - защищать тут было решительно нечего и от того крупных боев в этих местах в общем-то и не было. Каждый вечер, зажигая в храме свечи, девушка молилась, чтобы и русская армия прошла стороной. Она никогда не видела советских солдат, но от чего-то боялась их не меньше фашистских. Это непременно должны быть очень страшные люди. На их долю выпало слишком много горя: дома их разрушены, а многих друзей и родных уже не вернуть. И вот теперь, прогнав врага со своей территории, русские точно осатанелые псы почуявшие запах крови врага, безо всякого милосердия неслись в само логово зверя, не останавливаясь ни перед чем на своем пути.
А девушка молилась. Просто молилась - за всех. Она просила милосердия одним, и покаяния другим. Если Бог есть - он остановит кровопролитье.
На благословенные земли легли сумерки - непривычно светлые, благодаря только-только выпавшему снегу. Еще не истоптанному сапогами, еще не обагренному кровью. Девушка зажгла в храме все свечи, будто бы надеясь сделать эту ночь еще светлее. Как будто зажженные в церквушке свечи сделают теплее эту ноябрьскую ночь.
Она встала перед ликом богоматери, и, сложив руки и прикрыв глаза, начала смиренно молиться. Молитва её была вне всяких канонов - ведь сила слова не в том, что оно записано на бумаге в каких-либо церковных книгах, а именно в том, что идут слова от самого сердца. Неужели кто-то действительно думает, что там, на небе, нас всех дожидается бюрократ, который не приемлет иных обращений кроме как в строго установленной и одобренной лично им форме? Ну конечно же нет. Во всяком случае её Бог - он не такой. А каким же ему быть, если не таким, в которого ты веришь?
За стенами завывала метель, внутри потрескивали свечи, но она ничего этого не слышала. Не услышала и вкрадчивых шагов за спиной.
- Смирение, дочь, смирение
Отец приобнял её за плечи. Она сперва вздрогнула, но затем расслабилась, почувствовав на плече сильную и родную руку. Она мысленно поблагодарила Бога, и, приоткрыв глаза обернулась к отцу.
- Я вовсе не хотел тебя отвлекать...
- Ничего, папа. Я уже закончила - улыбнулась девушка
- Знаю, что тебя тревожит... Мне тоже немного не по себе
- Они скоро будут здесь? - тревожно спросила девушка
- Надеюсь, что нет. Надеюсь, делать им здесь нечего. Надежда - вот всё, что у нас есть.
- В завтрашней проповеди именно это послание ты донесешь до людей?
- Не совсем. Вернее - не только это. Я хочу успокоить мирян. В конце концов, советские нам не враги. Мирное население вообще никому не враг. Кроме того, ты напрасно их боишься. Да, их дома в руинах, а близкие убиты, но это не то, что сделает зверем человека, если он когда-то был настоящим человеком. Те, кто ощутил горе в своём доме, никогда не принесут его в дом чужой.
Мог ли священник думать иначе? Конечно же нет. Вера в Бога тождественно равна вере в людей. Вере в то, что все великие потрясения, что выпадают на род людской, дарованы небесами с тем, чтобы закалить характер и очистить душу человека. Жаль, что его убеждения всё же несколько расходились с реальностью. Свидетельством того стали доносящиеся из далека одиночные выстрелы и жалобный собачий скулёж вместо грозного лая. Ирья вжалась в плечо отца. Родное плечо - это самое безопасное место в любой ситуации. Нет, там не укрыться от шальных пуль - но там нет хотя бы страха. Вздрогнуть себе позволила Ирья только когда её обдало сквозняком из отворившейся за спиной двери.
- Вот те на! А мы тут Боженьку увидеть рассчитывали, а не попа с молодухой милующегося! - раздался за её спиной противный голос. Этот голос не был ни хриплым ни сиплым, а просто - от чего-то противным. Он мог принадлежать исключительно мерзкому человеку. Ирья почувствовала, как её кто-то тянет за выбивающиеся из-под косынки волосы и вцепилась покрепче в рясу отца, но незнакомец был явно сильней. Отец Матвей попытался удержать дочь, но тут же свалился от удара прикладом в лицо. Ирья вскрикнула - ей было дико видеть разбитое лицо отца, просто-напросто дико! Всё так же, держа за волосы, её голову развернули лицом к себе сильные руки. Она почувствовала смрадное дыхание прежде, чем разглядела лицо обидчика: высокие, рубленные черты истинного арийца с агит-плакатов, только от чего-то помятое, небритое и исполосованное шрамами, с всклокоченными белыми волосами и абсолютно бесцветными глазами. Мучитель же разглядывал её. - А губа-то у попа не дура! С такой козочкой бы и я пообжимался!
- Отпустите мою дочь! - сплевывая кровь прохрипел отец
- Пасть закрой, святоша! - хрюкнул жирный и обрюзгший, как свинья, незнакомец. Ирья пока не знала сколько именно человек вошло в церковь, но отчего-то была уверена, что достаточно, чтобы справиться со стариком-отцом и с ней - хрупкой девушкой, практически девочкой. Толстяк был одет в перетянутый широким поясом офицерский китель. Немецкий китель. - Когда прикажут - тогда и откроешь!
- Так вы не русские? - отчего-то именно это вырвалось из шокированной девушки. Как будто именно это было важно в сложившейся ситуации.
- Да мы свои, малышка, свои - прошипел на ухо мучитель
- Ха-ха! А могли бы и за русских сойти! - раздался третий, гнусавый голосок откуда-то из не просматривающегося Ирьей угла - Это всё ты, Янис! На кой черт ты напялил шмотки оберштурмфюрера напялил? Он же даже не сходится на тебе!
- А что бы и нет? Эта немецкая свинья обещала нас в СС принять! Сколько мы жидов порешили для этого - а так и не принял! Так я сам вступил - для него посмертно.
- А ну хватит трепаться! Эмиль, Янис! Поговорите-ка пока по душам со священником. Можете даже исповедаться - удерживающий Ирью гаденько хохотнул - он явно был вожаком этого сброда - Главное - выведайте - в какой загашничек он золотишко церковное попрятал.
- Айвар, ну нахрена нам золото? Да и церковным-то я как-то брезгую. Мы ж прихватили с собой кассу комендатуры - там марок на всех хватит!
- В жопу! В жопу себе можешь засунуть рейхсмарки! - Айвар(так, видимо звали вожака) резко развернулся к жирдяю-Янису и Ирья, которую тот не торопился отпускать, по инерции с ним. Девушка сдавленно вскрикнула - Куда ты их теперь денешь, м? Со дня на день, комуняки подомнут страну - что - ты у них водку покупать за марочки будешь? Мы их на черный день спрячем вместе с остальным - чем черт не шутит - может куда удастся спулить. Но пока пыль не уляжется - мы добропорядочные партизаны! И да, ты, мать твою, сейчас же сожжешь этот драный китель! А пока - грабь, всё что не разграблено! Золото - оно и есть золото - на него ни при какой власти ноги не протянешь с голодухи.
- Янис, а он дело говорит - вступил в разговор третий незнакомец. Теперь Ирья прекрасно видела и его. Это был худощавый очкарик с гнусавым голосом -Надо бы потолковать с попом - золотишко нам ой-как не лишнее.
- Так оно, Эмиль. У Яниса видать совсем мозги жиром заплыли. Пока Густавас с Робертом шуршат по ратуше, вы расспросите старика и он вам полюбовно всё золотишко выдаст. Потом, пойдете у населения соберете ценности. А я, тем временем, мохнатым золотишком побалуюсь! - он лизнул в щеку Ирью, от чего та заскрежетала зубами
- Э, э! Айвар! А я вот тоже хочу! Эмиль наверное тож не против будет - захрюкатал толстяк
- И будете. Но только после меня. Я страсть как люблю помидорки давить... - он встряхнул бедную девушку - Ты же целочка, правда?
- Да христиане вы в конце-то концов или нет! Как вам не совестно? - попытался воззвать отец к непрошеным гостям
- Христиане, христиане. Были. Фашисты - были. Теперь вот в кумунистов перекрасимся знать! - прогнусавил Эмиль
- Что же вы за люди-то такие? Ну поддались искушению, перешли на сторону немцев - так будьте же вы солдатами - головы сложите за свои бесовские идеи! За родную землю постойте - до конца! Может там и зачтется...
Отец Матвей не успел закончить фразу - его перебил наган, направленный твердой рукой Айвара. Ирья закричала, но убийца засунул ей в рот еще дымящийся ствол револьвера. Кусок железа, только что лишивший её отца. Девушке оставалось только беззвучно плакать...
- Никто, слышишь, никто не смеет упрекать нас в трусости! Понимает ли старый поп кто такие солдаты? Да откуда ж ему знать? Ему, сытенькому попенку, знать хоть что-то о войне! О каком сраном благородстве он хотел нам рассказать? Нам, детям войны! Мы рождены для неё! Всё, что мы умеем - выживать! Мы как крысы - вы все, всеее! Все передохнете! И только мы - останемся. Война любит своих детей.
- Зря ты его, Айвар... - промямлил Янис
- Ага. - подхватил Эмиль - Он же нам и сказать-то ничего не успел
- А голова вам на что? Руки-ноги - есть? Ноги в руки - и обыщите здесь всё. А у меня дело тут...
Ирья зарыдала еще сильней. Трястись и рыдать - вот всё, что может беззащитная девушка, скованная медвежьей хваткой мародера.
  - Давно пора! - оживился Эмиль. Крупные градины пота скользили по его грязному лицу. Всем телом он давал понять, как ему не терпится  надругаться над девушкой. Но только после вожака - даже у шакалов есть своя иерархия. - Может того-этого... Изобразить где перину? Наверняка в домишках побогаче есть? Давай её туда... того-этого...
- Не нужна нам с козочкой перина никакая... Алтарь тут на что установлен?

***
Боль, страх и отвращение смешались в единое чувство. Заплаканные глаза ничего не видели, да и вовсе не хотели видеть звериной рожи этой мрази, расплывшейся в блаженной ухмылке. Конечно, она пробовала звать на помощь, кричать и сопротивляться, пока это окончательно не утратило смысл. Не было у неё голоса. Не было сил сопротивляться. Руки её были сцеплены за спиной и прижаты к холодному и потному брюху Яниса - жирная тварь уже успела раздеться, дожидаясь своей очереди. Что чувствовало остальное тело - лучше бы... Лучше бы оно ничего не чувствовало вовсе. Лучше быть мертвой. Как отец, лежащий неподалеку в луже собственной крови. Покойники. Они не ведают ни боли, ни срама...
Ненависть к себе и липкий страх бессилия буквально выворачивали на изнанку затуманенное сознание.
  "Ну почему никто не придет на помощь? Неужели всем этим людям, которых я знала с детства нет никакого дела до того что твориться по соседству? Я кричу, я умоляю... Где вы все? Боже, где Ты?"
Айвар продолжал свои незамысловатые движения. Тени от трещащих вокруг свечей рисовали причудливые узоры на его изуродованном лице, делая эту нечеловеческую маску еще более мерзкой.
- Ну скоро ты, Айвар? Давай уже - а то я тебя не дождусь и сейчас же спущу! - провизжал знакомый свиной голос
"Будьте прокляты вы все! Безразличные твари! И ты, ты Господь тоже! Ты злой и вовсе не всемогущий, раз допускаешь такое! Я отрекаюсь от тебя, слышишь? Тебе плевать на наши молитвы - так услышь же ты моё проклятие!"
Сознание девушки в миг прояснилось. Она наконец четко поняла, что чуда не произойдет и помощи ждать не откуда. Отчаяние обреченных - это абсолютно особое состояние сознания. "Бог ненавидит нас всех" - пульсировало в её голове. Её левая рука легко выскользнула из огромных мокрых ладоней и она тут же, что было силы, вонзила пальцы в сальную складку. Кажется, даже выступила кровь... Толстяк взвизгнул и отпустил руки. Завершая движения, она схватила то, до чего смогла дотянуться и с отвращением сдавила. Правой же рукой она оцарапала рожу Айвару, вонзив большой палец в его бесстыжий глаз. Занося левую руку для удара кулаком в его рыло, Ирья вдруг почувствовала нахлынувшую слабость и непонятную влагу на обнаженной груди. Нет, не ту липкую дрянь, которой было извозекано всё тело, а что-то другое, теплое. Сфокусировав взгляд, прямо перед собой, она увидела окровавленную опасную бритву у своего лица и поняла - это конец. Она рухнула на каменную крышку алтаря, захлебываясь выплескиваемой из росчерка на шее кровью.
- Что ты наделал? - заверещал Янис
- Что не так? Еще потрепыхается пару минуток, а остывать-то еще долго будет - успокоил приятеля вожак и принялся за старое.
Ирья смотрела в потолок широко раскрытыми глазами. Фрески начали расплываться, но она отчаянно пыталась сфокусировать взгляд. Она цеплялась за жизнь. "Нет! Я не могу позволить себе умереть..."

***

"Ирья, как ты могла..." - Моё сознание съежилось внутри меня самого. Мои мысли были заняты ей в самом прямом смысле этого слова. Она заполонила мою голову и отстранила меня от командования собственным телом. Чего уж там телом - мыслями. Перед глазами крутились ужасающие и отвратительные картины, и что самое поганое, я не мог просто прекратить об этом думать.
"Могла что?" - вступила в ментальный разговор захватчица. "Продаться дьяволу? Ты всё видел - как-то оно само так вышло"
"Да нет же! В этом я тебя не виню... Это... Это всё просто ужасно... Нет таких слов, чтобы это описать, да и не нужно наверное... ты здесь и сама всё прекрасно чувствуешь, что чувствую я, но..."
"Что - но?"
"Ты убила этих скотов. Не знаю, какой жестокой расправы эти мрази достойны, но... Зачем же остальные? За что ты убила своих односельчан?"
"А где были все эти жалкие трусы, когда убили меня?"
"Ирья! Там были дети"
"И мне было только шестнадцать, когда я умерла..."
"Зачем было умирать им всем?"
"А зачем люди вообще убивают других людей? Это всегда необходимо? На то есть причины? Существуют ли причины достаточно веские для безвозвратных деяний? Пойми. Это просто голод. Злоба. Ненависть. Этот гнев... Когда глаза застилает кровью... Я не могу его сдержать"
"Нельзя так ненавидеть людей!"
"Можно. Впрочем есть и хорошие люди"
***

Виллис уверенно протаптывал одинокую колею там, где предположительно должна была быть дорога. Григорию совершенно не обязательно было видеть протоптанный путь. Он был настоящим водителем. Про таких говорят "родился с баранкой в руках".  Его опыт вел безымянным чутьем машину по твердой земле и ничто не могло сбить его с пути. Дядя Гриша, как его называли солдаты, подслеповато хмурил свои кустистые седые брови, вглядываясь в снежный, предрассветный полумрак.
- Чего им так не терпится-то - зябко ёжился круглолицый боец, кутаясь в плащ-палатку - До утра не дотерпеть что ли?
- Не твоего ума дело - осадил бойца капитан - Приказы обсуждать повадился что ли?
- Никак нет, товарищ капитан! - резко взбодрился парень
- Расслабься, Андрей. Чего ты тянешься передо мной - чай не на параде - отмахнулся командир
- Товарищ капитан - подал голос другой боец - Ну правда - какая-такая срочность-то?
- Да что за детсад-то! Приказано - исполняем! - отрезал командир - Сюда командование фронтом вот-вот нагрянет - что - прикажете им в землянках квартироваться?
- Да это-то понятно... - не унимался молодой лейтенант - Ну вот в упор не пойму - какая-такая срочность?
- А вот тут-то всё просто - встрял в разговор Андрей - Мы гитлеровцам такого жару дали, что они без оглядки текают. Пехотному Ваньке уже прискучило смотреть на сверкающие пятки фашистов - он по сторонам глядеть начинает. Что не разграбит - то загадит. Тут где-то имения местных графьев-князьев притулилось - вот их замок и надобно занять, пока там не завелась какая-нибудь пехотная рота на стоянку. Им-то что - они и всей ротой набьются - выгоняй их потом от туда. В палаты и зайти-то потом будет страшно после них, не то что генералам селиться...
- Э-э-эй! Зачем ты так пехоту ругаешь, да? - возмутился смуглый юнец, с едва проступившими, но тщательно отращиваемыми усами - Мы-то тоже пехота, слушай!
- Вот тебе восточная мудрость - заруби себе на носу! - вставил свои пять копеек Андрей
- Не восточная, да, а южная!
- Ну вот тем более - мудрость!
- А что это там на горизонте маячит - перебил балагуров Григорий
- Да вот чччерт его знает - протянул капинтан - Вроде до ближайшей деревни еще верст двадцать пилить...
- А в объезд её - никак? - сглотнул Андрей, прижимая к себе автомат
- Чего это ты напугался, доблестный боец непобедимой красной армии - хохотнул Сережка
- Да пошел ты! - напыжился приятель - Места тут дрянные... Оно всякое бывает...
- Да... Оно знаешь как случается, когда аул незнакомый видишь?
- Вот-вот, Муратка. Я с тобой согласен.
- А ну отставить мне тут суеверия! - в голосе командира проступили отчетливые нотки стали - Да, объехать бы по уму её. Да не с нашими картами. Трофейных раздобыть не удалось пока, а на наших и половина дорог не обозначена. Быстро войдем, сверимся у местных где мы вообще, и двинем дальше. Немца тут быть не должно - чего им тут в такой глуши рассиживаться?
Деревня меж тем стремительно приближалась. Окна были темными и безжизненными, что впрочем нисколько не настораживало оперативников СМЕРШа. Дело-то житейское - кому полуночничать в предрассветный час, когда самый сон? А уж им, то бойцам невидимого фронта, это время - что белый день - тогда в основном и работают. Арестовать кого по тихому - самое время. Выдергиваешь их из койки, сонных - никакого шуму - ни пальнуть, ни в окно сигануть... Но вот же что странно - на площадке(которую с поправкой на мизерность населенного пункта вполне уместно было бы именовать площадью), напротив ратуши, были жиденько расставлены фонари. Благополучная Европпа - мать её за ногу. И ни один не горел. Не понятно, какое такое чутье шепнуло капитану, но не успел Григорий заглушить мотор, как тот скомандовал:
- Рассредоточиться! Занять круговую оборону! - и сам выхватил пистолет.
Бойцы сгрудились вокруг виллиса, ощетинившись во все стороны стволами. Надо ли говорить, что мимо них и муха бы не пролетела незамеченной. А вот ведь не задача-то - не пролетела. Минут пять они простояли, выцеливая в темноту - и ничего. Ни малейшего шороха.
- Давайте, в ратушу. За мной! - отдал новое распоряжение Сиротин
В ратуше так же - не обнаружилось ни единой живой души. А вот мертвых тел - сколько угодно.
- Маааттерь божия... - протянул Григорий. Сиротин покосился на подчиненного, покоробленный поминанием господней родни, не вполне уместного в устах вверенного ему, оффицеру СМЕРШа, водителя, однако смолчал - у самого увиденное в голове не укладывалось. Повсюду была кровь - даже на потолке. Люди были не просто убиты - буквально растерзаны неведомым зверем. Останки несчастных были размётаны повсюду какой-то нечистой силой. - Это что ж они, твари, уже совсем озверели что ли?
- На "них" похоже в последнюю очередь - озадачено ответил капитан
- Тогда кто же?
- Не знаю, Гриша, не знаю... Одно скажу - ухо надо держать востро.
Морщась от запредельного, даже для бывалых фронтовиков, месива и переступая растерзанные тела, они прочесали ратушу с низу до верху, так не обнаружив ни выживших, ни какой-либо логики в этом кровавом пире. Выбравшись на улицу прошлись по домам - зрелище там было еще похлеще - картину общего безумия дополнили растерзанные дети, порой едва не грудного возраста. Григорий багровел на глазах. Все потеряли в войне кого-то. А кто-то потерял всех. Григорий - последний Лавринович. Немцы не пощадили ни жену, ни детей, ни стариков. Хатынь - вот что значит боль. Название этого печально известного местечка дошло до наших дней. Увы. Это далеко не единственная деревня-призрак, а лишь одна из многих. Каждый раз, видя трупы гражданских, добряк Григорий становился другим человеком. Он буквально свирепел. Эту праведную ярость очень ценили командиры. Но смотреть на человека было просто по-человечески больно.
- Ну что ж это за нелюди-то, а, командир? - ревел Гриша
- Так не люди же. Точно. - закивал Сережка - я вот как есть говорю - ну не сделать такого человеку - будь он хоть трижды фриц.
- А собак из немецкой винтовки что - леший, мать его так, перестрелял что ли? - вскинулся на парня Григорий.
- Ты вот что, Григорий. Головы не теряй, ясно? Это приказ. Сворачиваться тут пора. Об увиденном - доложим. Не переживай - эти подонки никуда от возмездия не денутся - кто бы они ни были. А у нас сейчас другая задача, понял?
- Товарищ капитан! - подбежал раскрасневшийся Андрей - там вон в церквушке свет какой-то... Может кто живой есть? Или эти там схорониться решили...
- Пошли! - распорядился капитан. Григорий оскалился и перехватил рожок поудобней.
Дверь была приоткрыта. Первый взгляд - ничего нового - всё та же кровавая резня. Немного странно бойцам было видеть голых мужиков в церкви - ну да кто их этих верующих знает - может принято так у них, да и вообще тут уж не до удивлений. А вот еле заметный шорох в углу едва не наделал переполоха. Сергей швырнул огарок свечи в направлении звука, а все остальные проводили его внимательным взглядом сквозь прицел. Ничего более жуткого, чем уже было увидено ранее, в свете огонька не показалось. Странное - да.
Они увидели обнаженную девушку, прижимающую к себе священника с прострелянной головой. Девушка была вся в крови - с головы до ног, поэтому на взгляд определить её состояние не представлялось возможным, однако, положительно, она была жива!
Григорий сделал шаг навстречу этой странной идиллии. Девушка напряглась.
- Как же ты тут уцелела-то, милая - по отечески мягко произнес он. Девушка ощерилась - Да ты нас не бойся... - Дядя Гриша сделал еще шаг. Девченка вскочила и кинулась на него
- Спокойно - прошипел сквозь зубы капитан - Не стрелять... От шока разное бывает...
Григорий пытался оттолкнуть её, не прекращая все так же ласково бормотать что-то успокаивающее. Девушка, осознав, что от него не исходит никой угрозы, замерла и пристально уставилась в его добродушное лицо.
- Ну чего же ты, чертушка - продолжал он - Успокойся ты - свои пришли.
- Поздно пришли - прошипела она
- Уж как сумели - спешили как могли - ответил Григорий - Имя-то хоть своё помнишь?
- Ирррья
- Ишь, красивое-то какое! - Григорий провел рукой по разболевшейся от непродолжительной борьбы шее, посмотрел на окровавленную ладонь, покачал головой и продолжил:
  - Батяня твой? - кивнул он в сторону трупа. Девушка опустила голову. Все было ясно без слов. - Эти его что ли?
Когда глаза привыкли к полумраку, вокруг начали прорисовываться новые детали, вроде разбросанного оружия и немецкого кителя.
- Эти - ответила Ирья
- А их - кто? - вмешался капитан Сиротин
- А их - я. Всех я
- Да бредит девченка! Замерзла небось - сказал он, скидывая плащ-палатку и оборачивая им голую беднягу. - Ты бы тоже, небось, умом-то тронулся, увидь такое своими глазами!
- То-то и оно... - протянул Андрей
Григорий сложил ППС и перекинул за спину, а на руки взял Ирью, которая, как кажется, совсем уже прониклась доверием к старику. Андрей прав. Человеческая психика, восприняв такой ужас, ведет себя абсолютно непредсказуемо. Очевидно, Ирье было необходимо сейчас доверять хоть кому-то.
- Ну и куда мы её? - устало спросил Сиротин - С собой что ли потащим?
- А что - тут бросать что ли? Нечего ей на такое смотреть! Нечего. - отрезал Григорий - А ты, кровинушка, прикрой-ка глаза. Не надо оно тебе это видеть всё, правда.
И Ирья была рада. Рада бы не видеть всего этого. Рада бы забыть эту ночь. Что же она натворила...
К машине шли молча. Каждый думал своё, но всех без исключения гложило - что же произошло здесь ночью. Подойдя к машине, Дядя Гриша гаркнул:
- А ну, потеснись, обормоты! Дайте девушку положить
- Ты бы того самого - тоже присел назад - а то вид у тебя уж больно смурной - заметил Сережка - Я водить-то тоже умею, а с тобой сейчас только в кювет и уедем.
- На, Гриша, приложи к горлу - Сиротин протянул водителю почти чистый носовой платок - на месте перевяжем толком да обработаем рану. Сейчас бы убраться отсюда побыстрей...


***
Искомая усадьба обнаружилась неподалеку. Высадив Андрея с Муратом, поредевший отряд на полной скорости помчался назад, в расположение. На месте, в развернутом госпитале, оперативно обработали рану Грише и выдали изрядно заношенную, но более-менее свежую форму Ирье. Старик был бледнее полотна, ну а от девушки ждать какой-либо бодрости было попросту глупо. Они без энтузиазма остались ковырять горячую кашу, а капитан отправился докладывать об увиденном. Серга отправился за ним - в качестве особо ценного свидетеля кропать рапорт. Сиротин о чем-то долго говорил по телефону, а потом, бледнея, не менее долго молча слушал. Повесив трубку, он бросил Сергею:
- За мной. Оружие прихвати.
    Серега послушно семенил за капитаном, не решаясь что-либо спрашивать. Это такая особенность восприятия молодых лейтенантов - чуять, когда командир изрядно не в духе. Войдя в трехэтажку, где их ждали Григорий с Ирьей, капитан какое-то время молча глядел на них, будто катая на языке какие-то слова. Он морщился - настолько слова эти были омерзительны. Наконец, сглотнув, он выпалил:
- Сержант Лавринович, Ирья Ликес. Именем Советской Власти -  вы - арестованы. Взять их под стражу, до особого распоряжения полковника Найзабекова. Он прибудет на днях спецрейсом. - Сиротин замялся - Гриша, мне жаль. Не знаю, кто это и что здесь вообще происходит. Не нашего это ума дело. Прости.
"Не нашего ума дело" - это кредо успешного сотрудника любой спецслужбы.

***
"Страшно"
"Так появляются на свет чудовища. Ими не рождаются"
"Не говори так о себе. Я совершенно не знаю тебя. Да, может быть. Но я и знать не хочу о тебе, как о чудовище"
"А Сергей решил, что должен. И он прав. Так честнее"
"Но ведь ты не монстр! Не монстр! Не смотря ни на что!"
"Не говори глупостей. Всем от меня нужен именно монстр. Я могу лишь напоминать им, с каким злом они заигрывают. Что значит абсолютное зло"





***
- Видишь их? Двое, на шесть часов. - механическим голосом, с едва уловимым акцентом проговорил сухощавый человек с мощнейшим биноклем в руках
- Не только вижу - ответила девушка, смотрящая сквозь обыкновенный откидной прицел на копошащиеся у подножья горы, метрах в трехстах, фигуры.
- Исполни
- А почему же именно его? - девушка перевела взгляд на мужчину
- Это такая тренировка. Стрельба по живым мишеням. Если тебе интересно - это бывший нацист. Но ведь нацистов бывших не бывает. Он виноват лишь в том, что слепо следовал своим убеждениям. Убеждения, еще каких-то лет семь назад велели ему решать еврейски и циганский вопрос. Нацистов бывших не бывает, верно?
- Верно. Вот только чем он лучше мишеней на полигоне?
-Тем, что он живой. Тем, что смерть его произойдет на глазах малолетней дочери. Это такой урок. Цель его - привить безжалостность. Она необходима хорошему оперативнику. Хладнокровие. Твердость. Безжалостность.
- Безжалостность... Да что вы можете знать о безжалостности?
Утопающую в зелени безмятежность Альп сотряс выстрел. Ветер подхватил его на свои беспечные крылья и пронёс по вершинам, многократно преломляя и усиливая звук. Ничего существенного для вечных лугов не произошло. Просто человек разучился ходить. Маленький человечек.
- Дочка... Вот эта? Тот самый белокурый ангел? - с напором спросила Ирья. Человек глядел в бинокль и видел в него, как по легкому, не по погоде тонкому розовому платью расползается безобразное багровое пятно. Он поджал губы и процедил:
- Что ты такое вытворяешь?
- Ничего особенного, господин инструктор. Не извольте переживать - пуля прошла на вылет, слегка зацепив легкое. У девочки будет еще минут двадцать агонии, так что отец непременно погибнет у неё на глазах. Что? Вам не слышно? Не слышно, как она зовет его дрожащим слабеющим голосом? "Папа, папа..." Задорно так. Как будто папочка может её защитить? Не слышите как он стоя на коленях перед её маленьким испорченным тельцем сыплет проклятиями и орёт в истерике на всех языках союзников и своем родном "Кто вы такие? Что вам от меня нужно?". Чует, паскуда, что за ним пришли, да вот только в толк всё не возьмет - кто именно: мстители или свои же дружки, которых он без малейшего угрызения совести охотно отправлял на виселицу своим длинным языком. Смотрите внимательно - я исполняю ваш приказ. Бах!
Еще один выстрел пролетел над горами и унес с собой причитания безутешного отца. Каким бы мерзавцем он не был, для своей дочери он был самым лучшим отцом на свете. Был. А теперь он всего лишь тело, повалившееся на её хрупкие ножки в белоснежных гольфиках.
- Ну что, господин инструктор? Я выполнила приказ? Я - хороший ученик? Настоящий оперативник, Кайзер! Можешь мною гордиться! Почему же ты не доволен? Ты посмотри-ка какой выстрел - даже шкурки не попортила - точнёхонько промеж ушей! Ах. Как я могла быть такой невнимательной! Разобраться, так это ты убил этих людей, Кайзер! Ты. Мало ли кто наживал на курок
- Тебе. Было. Достаточно. Убить. Фрица. - выплевывал слова свирепеющий инструктор
- Достаточно. Но я творчески подошла к заданию. С детства привыкла учиться на "отлично". - сказала Ирья, откладывая винтовку и поднимаясь на ноги. Она сладко потянулась, подставляя своё гибкое тело яркому, но холодному горному солнцу. В её руке сверкнул нож. Кайзер прекрасно знал, что его ученица носит ножны на предплечье - меняются только клинки.
- Ты что удумала?
- Как? Ты не чуешь? В том симпатичном охотничьем домике скрываются его красавица-жена и ненаглядный сынок. С детства привыкла учиться на "отлично". А тут, видимо, еще необходимо показать зарвавшемуся инструктору настоящую бесчеловечность...

***
  Я утёр со лба проступившую испарину. Сколько мы вот так вот простояли? Наверняка, всего пару минут.  Доли секунд. Целую вечность. Память имеет свои законы течения времени. События могут сжиматься, избавляясь от лишних подробностей, частично выпадать за ненадобностью. Но есть такие воспоминания, потерять хоть секунду которых - чудовищное преступление. Против самого себя. Против самой памяти. Обычно, это минуты стыда, страха. Они выжигаются каленым железом на коре больших полушарий. Для того память и дана, чтобы помнить, как бывает плохо. Чтобы не допустить этого впредь.
Теперь эти ужасы и мои воспоминания тоже.
Ирья. Так её на самом деле зовут. Ирья. Не грозная оперативница Ирен, не беспечный подросток Ксения. Передо мной стояла Ирья. Такая, как есть. Не удивительно, что она носит так много масок. Но у неё есть и свое собственное лицо. Я видел его. Ей нечего стыдиться. Она в праве. Истинный вампир - самородный, что называется. Не боится солнца, потому что не прячет своих грехов. Её черная душа чиста. Она приняла их все, до единого и не требовала прощения и оправдания.
Она с вызовом смотрела в мои глаза. Просто смотрела. Конечно, ей ничего не стоило снова влезть в мою голову и узнать что там сейчас творится. Но так - честнее. Её пухлые губы вытянуты жгутом от напряжения. Она шепчет сквозь зубы:
- Ненавидь меня.
Я не отвожу взгляд от её бездонных, зеленых глаз. Просто не могу себе этого позволить. Я отвечаю:
- Нет.
- Я чудовище...
- Ты в праве.
- Я не заслуживаю человеческого обращения.
- Сам решу как мне и с кем обращаться!
Ирья опешила. Я осмелился улыбнуться. Кладу руку ей на плечо, и уже совсем непринужденно:
- Помнишь? Ты все еще мой гость. А еще мне Сергей приказал вывести тебя куда-нибудь развеяться. Я не позволю тебе саботировать его распоряжение!
Ирья просияла. На её лице читалась невиданная ранее гамма чувств. Она мешкала, будто не зная, куда метнуться - обнимать меня или еще куда. Человек счастлив. Человек.
- Я только приведу себя в порядок!


Количество пользователей, читающих эту тему: 0

0 пользователей, 0 гостей, 0 скрытых пользователей